Всё о игре Неверхуд(The Neverhood)

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Всё о игре Неверхуд(The Neverhood) » Полезное » Текст Стены)) (пока нет Оттоборга) перевод © Klayly


Текст Стены)) (пока нет Оттоборга) перевод © Klayly

Сообщений 1 страница 30 из 40

1

Вступ
Я Кватер. Читай слова эти и будь другом моим.

Отец велел мне записывать правдивую историю, чтобы читатели знали, о том кто был до них.

Я дал каждому из семи моих сыновей по одной из таких самозаписывающих историю пластилиновых стен.

Эта стена автоматически записывает произошедшее в этом и в любом другом мире, точно повторяя слова на всех остальных стенах.

Кстати. Любой, кто будет плохо относится к этой стене будет признан врагом Отца. И я не буду очень-то хорошо к тебе относиться.

Эта стена была дана нам от Отца. Она должна научить тебя внимательности, интелегентности и решать многие жизненные проблемы.

В нашей жизни мы всегда должны делать выбор. Когда это время наступит, будь внимателен делая правильный выбор.

Далее ты узнаешь правду, через правдивость, которую часто трудно уловить. Эти стены хранят только те правды, которые ты узнаешь.

Кватер.

Отец (Father)
Отец это существо, которое никто никогда не видел. Отец вне нашего понимания. Известно, что он был до того как здесь появилось что либо. Он наверняка счастлив. Говорят, что он велик и могуч. И ещё известно, что до него никого небыло. Он пришёл из другого мира. Никто там ещё не был, но возможно, что это чудесное место, где нет смерти.


Кватер (Qqater)
Кватер единственное создание, которое Отец делал когда либо. Он был близким другом Отца много лет. Кватер официальный мост между Отцом и всеми остальными созданиями. С тех пор он считается созданием Отца, но не так много можно сказать об Отце глядя на Кватера. Но если что-то кто-то знает об Отце, это рассказал Кватер. Кватер создал семь корон для семи существ, которых он создал с одобрения Отца. Кватер покинул уют мира Отца, чтобы сделать свой мир для своих существ, которые сделают свои миры под наблюдением и с помощью Кватера.






Огдилла(Ogdilla)

Огдилла был создан Куотером в качестве своего рода теста.Он дал ему корону,хотя Огдилла и  не имел головы как таковой.Сам Огдилла являлся массой синего газа,чья сущность едва ли кому-то известна.Куотер говорил,что Огдилла - это дух приключений, потому что в день,когда он создал его, Огдилла тут же покинул родной дом и начал своё путешествие по прямой линии, не останавливаясь...

Множество частиц из космоса обрели дом на спине Огдиллы.

Сейчас размер Огдиллы, включая в его жители крапинки из Rilonate, превышает размер, в котором его создал Куатер, в милллион раз.

Крапинки из Rilonate были в постоянном конфликте с крапинками из Rod.Крапинки из Rilonate выращивали и собирали продовольствие на спине Огдиллы с помошью собственных кос.У крапинок из Rod своих кос не было,но они оккупировали большую часть поверхности Огдиллы.Крапинки из Rilonate испытывали отвращение к ним и, в любом случае,ни на шаг не подходили к ним.

Вражда между крапинками из Rinolate и крапинками из Rod продолжает на протяжении столетий.Конфликт не представлял собой физическое насилие как таковое, но в изобилии присутствовали насмешки,подколки, обидные приколы и прочие мелкие издевательства.Этот период известен как " Oobla Senchter Hakkt", или же "Три Тысячелетия Конфликта", хотя на самом деле он длился чуть больше,чем два с половиной. Во время "Oobla Senchter Hakkt" произошёл ещё один инцедент, который сразу же заставил забыть их вражду и в то же время ещё более обострил конфликт между ними.

В двадцать седьмой день восьмого месяца, в одиннадцатом году первого века второго тысячелетия "Oobla Senchter Hakkt", крапинка из Rinolate , проснувшись, обнаружил странное существо огромных размеров,спящее в Screnchy парке. В голове создания был туман, он бормотал чепуху в то время как спал. Вокруг титана, пришедешего в столь ранний час,росла толпа крапинок. Чем больше становилась толпа,тем громче говорили между собой крапинки. Наконец, гомон стал настолько громким,что гигант проснулся и сел. Он показал им свои большие зубы и зарычал из глубин своего огромного тела. Крапинки начали подносить ему еду,из-за страха быть съеденными заживо. Ведь он мог бросить их по три или четыре штуки в рот за раз. Он был очень необычен и причудлив, даже для гиганта ; он не был похож на что либо, что видели крапинки раньше. Его голова заканчивалась кольцом из плоти, которое свисало наподобие петли и соединялось с затылочной часть снова с челюстью. Трое крапинок, один над другим,могли бы встать внутри этого кольца. У него были огромные губы, которыми он охватывал огромные зубы, в то время как у крапин не было губ вообще.Над губами, почти на вершине лица, были две шарообразных штуковины с точками в каждой из них. Так как гигант использовал их для наблюдения за всякими вещами, точки съехали с прежнего положения и уставились на того, кто говорил с ним. Его торс был коротким для его размеров, а ноги черезчур длинные. Из его груди торчали три роговидных шипа.

В течение нескольких дней после этого крапинка пытался заговорить с гигантом с целью выяснить,друг он или враг, но безрезультатно. Его голос был очень низким и глубоким и походил скорее на рычание, нежели на отдельные слова. Не так как у крапин и они не понимали его. Они даже не могли понять,где начинается один слог и где он заканчивается, так что осмысление было невозможным. Чтобы не слушать того,что он им говорил, крапинки кормили его постоянно. Крапинки не оставляли возле него охранника,ведь никто из них не смог бы побороть гиганта. В любом случае, гигант им никогда не угрожал.

Король Rinolate имел виды на гиганта, ведь его можно было использовать, чтобы затоптать крапинки из Rod. Король Rinolate часто посещал парк Screnchy, чтобы поговорить с гигантом. Чтобы произвести на него впечатление, король пригласил лучших акробатов из цирка Rinolate. Он приказал моноциклисту сделать "мёртвую петлю" в кольце на голове гиганта, а высотным дайверам - спрыгнуть с его огромных губ в бочку с водой.стоящую у его ног. В ходе этих демонстраций артисты показали весь свой цирковой опыт,но гигант лишь стоял и улыбался. Даже когда гимнасты на трапециях раскачивались между тремя шипами его груди, он стоял,как каменный, с глупой ухмылкой на лице. Король Rinolate удвоил свои усилия, чтобы найти общий язык с гигантом. Однажды, так как гигант не пытался причинить им вреда, он, как и его артисты, забрался на трапецию и даже покачался пару раз между его шипами.

День за днём он приходил к гиганту,чтобы тот пошёл и растоптал крапинки из Rod. Гигант улыбался,глядя на короля, кивал головой,когда король кивал, качал головой,когда король качал ею. Когда король ударил себя по лбу, гигант тоже ударил себя по лбу. Когда король показал понтомиму ходьбы и указал в сторону дворца Rinolate, гигант встал и станцевал.Король был в ярости!Несмотря на то, что гигант всё ещё танцевал, он приказал своим подданным кидать на гиганта все вещи.Но так как те в это время кормили гиганта,то в руках у них была только пища и они бросали её на гиганта. Гигант попытался съесть всё, что на него бросали, но скорость поедания не успевали с темпами ярости крапинок Rinolate. Тогда он встал и пошёл по направлению к Королевства Rod. Крапинки Rinolate сбросили на гиганта такое количество пищи,что,куда бы он не повернулся, он наступал на неё. С каждым шагом всё больше и больше пищи прилипало к подошве его ног. От того,что он двигался к королевству Rod , крапинки Rinolate кричали,прыгали вверх и вниз и визжали от радости.Если бы гигант обернулся,чтобы взглянуть на крапины, то они тотчас прекратили прыгать и снова начали бы бросать в него еду. Но он не оборачивался,он,как и прежде, двигался в сторону Королевства Rod.

 

Для крапин из Rinolate это был большой праздник! Они надеялись,что как только гигант достиг Королевства Rod, то тут же растоптал всех крапинок Rod, которые так беспокоили Королевство Rinolate. Король Rinolate произнёс поразительную речь.

 

"Что ж,это всё наш гигант!Я считаю,мы должны быть благодарны тупому гиганту, потому что в скором времени он перетопчет всех крапинок Rod! Его огромные ноги раздавят нашего древнего врага в одно мгновение, расплющат своей мамонтоподобной массой и превратят их в гнусную пену, которую они всегда собой представляли. Теперь мы навсегда прекратим насмешки и тупые подколы. Этот слабоумный гигант - наш национальный герой!тупая громадина, он одна из величайших фигур в истории Rinolate! Теперь никто не займёт площадь всего Огдиллы. Мы здорово переложили свои заботы на плечи этого Гаргантюа, и хорошо,впрочем,что мы от него избавились. И я полагаю, что мы должны быть благодарны, что этот тупой гигант не растоптал и нас тоже. Я не могу назвать причин,чтобы он вернулся к нам.Вы можете?" 

Между тем крапинки из Rod услышали гиганта прежде,чем успели его увидеть. Каждый его шаг по покрытой мусором поверхности Огдиллы был похож на удар в огромный барабан. Они в страхе сбивались в маленькие группы, становясь всё более и более оживлённее, по мере приближения шагов. Наконец, они увидели его! Они увидели его огромную голову с петлёй, его большие губы и шипы на груди. Но самое большое впечатление на них произвели его ноги. Собственно, впечатление о нём вообще произвело на них то,в чём были его ноги. Вся еда,на которую он наступил,теперь представляла собой грязное месиво. Но крапинки не знали,что это была еда. Они потрясённо молчали. Они знали,что он пришёл со стороны Короловства Rinolate. И все их мысли были обращены туда.

Крапины Rod были убеждены, что гигант растоптал крапинки Rinolate и превратил их в грязное месиво. Гигант приближался всё ближе и ближе, словом, шёл сквозь толпу, но остановился бы у крапинок Rinolate. Некоторые из них кричали и пытали сбежать, но большинство стояло,зная, что не смогут сбежать от это страшной гигантской стопы. Тогда один из крапинок Rod начал апплодировать. Сначала рядом стоящие крпинки посчитали его сумасшедшим, но вскоре начали хлопать тоже. Вот уже небольшая группа стоит и апплодирует.Тогда большинство стоящих начали апплодировать и прыгать вверх и вниз, пока гигант приближался к ним. Они поняли,что если гигант подумает, что они восхищаются им, он не растопчет их и согласится стать их героем. 

Когда он подошёл, они ещё несколько минут хлопали и кричали.Затем толпа утихла и Король Rod вышел вперёд. Там,перед своим народом и у гигантских ног, он выступил с речью:

"О,Великий Гигант!Спасибо,Могучее Огромное Существо-Союзник,что растоптал крапинки Rinolate!Ваши огромные ноги раздавили наших древних врагов в одно мгновение, раздавив их своей мамонтоподобной массой, эти невыразимые идиоты были превращены в гнусную пену,которой они по сути всегда и являлись!Теперь мы навсегда прекратим эти ужасные подколки и насмешки.Вы,Великолепный Титан,наш национальный Герой!Убийственный Гигант,ах,вы должны быть величайшей фигурой в истории Rod!На всей поверхности Огдиллы нет никого,кто мог бы сравниться с вами.Вы огромный Гаргантюа, занимаете второе место при условии, что на первом Вы!Кстати, мы благодарим вас, Феноменальный Бегемот, поэтому не топчите и нас тоже.Я могу предложить вам,о Прекрасное Чудовище, своё скромное царство как компенсацию за великое дело,которое вы сегодня совершили.Это королевство, недостойное вашей монументальной грандиозности, конечно, вам не понравится многим.Вам,вероятно,не нравится то,что мы вам предлагаем,ведь всё это ничтожно мало в сравнении с вашими гигантскими размерами.Но,конечно, мы за вами, хоть и не знаем,что вы можете с нами сделать.Я говорю,вы меня понимаете?" 

Гигант улыбнулся крапинкам Rod , которые улыбались,когда он заговорил с ними. Для крапин его голос звучал медленно,глубоко и невнятно. ни смотрели друг на друга и пожимали плечами. Крапинки Rod решили вернуться к занятиям, которые оставили, когда пришёл Гигант. Когда они отошли они продолжили оглядываться через плечро,чтобы удостовериться,что Гигант не начнёт их топтать. Но он не двигался с того места,где стоял,и продолжал улыбаться,пока крапинки не исчезли из вида.

На следующий день гигант оставался там же,где и остаили его крапинки, только теперь он сидел. Итак,крапинки продолжили свои повседневные хлопоты,не забывая оглядываться, чтобы удостовериться, что гигант не встал.Так продолжалось в течении нескольких дней. Наконец гигант встал и начал наблюдать за крапинками, как они занимаются своими бытовыми делами.Он по-прежнему улыбался,когда смотрел на них,но уже не так широко.День за днём,месяц за месяцем,сезон за сезоном он наблюдал их от ухода на поля до сбора урожая.

В период сбора урожая некоторые крапины заметил, насколько тоньше стал гигант и как мало он улыбался в сравнении с тем моментом,когда он пришёл в Королевство.Когда они говорили об этом,они поняли,что никогда не видели его едящим за всё то время,пока он находился там.Некоторые из крапин собрались и принесли гиганту пищу.Когда он увидел,что ему подносят пищу, его охватил ужас!Он вскочил и побежал прочь от Королевств Rod и Rilonate.

Нет никаких официальных записей о том,когда был замечен гигант последний раз, но некторые крапинки настаивают,что видели гиганта, уходящего в небеса на рассвете через несколько лет после того, как он покинул Королевство Rod.

В то время,как гигант убежал, один из шпионов Королевства Rilonate достиг Королевства Rod и увидел,что его жители не были уничтожены. Он также заметил,что враги не были нисколько даже угнетены!Об этом было тут же объявлено королю,который был поражён и расстроен тем,что  крапинки Rod вновь потревожат их Королевство. Он приказал делегации Королевства Rinolate встретиться с делегацией Королевства Rod. Когда делегация Rinolate прибыла в Rod, те были немало поражены,что даже представитель Rod воскликнул - "Вы должны быть раздавлены!"."Но вы тоже должны быть растоптаны!" - ответил делегат Rilonate.

Напряжённость возросла и полетели обвинения!Каждая сторона обвиняет другую в том,что самая знаменитая речь,сказанная их королём,теперь стала ложью. Делегации сообщили друг другу,что возвращаются со своими королями назад и что между их землями никогда не будет мира."Oobla Senchter Hakkt" была ещё в самом разгаре.

Король Rinolate вырос, и,устав от тысячелетнего пререкания, впрочем,как и король Rod. В отчаянной попытки приблизить день наступления мира,они договариваются о тайном совещании в центре Огдиллы.На второй день тридцать четвёртого месяца, в ходе восемьдесят девятого года третьего тысячелетия "Oobla Senchter Hakkt", цари встретились.Два короля на протяжении двух недель договаривались, пытаясь прийти к единому решению, но безрезультатно. Между тем, сам Огдилла вырос и настолько устал от мурашек,бегающих по его спине, что распределил всех крапинок Rod на одной половине своей спины и всех крапинок Rilonate на другой половине. От невыносимой дрожи,Огдилла разделился на два существа,которые теперь плавали отдельной друг от друга.Единственная проблема заключалась в том,что король Rinolate оказался с крапинками Rod, а король Rod - с крапинками Rilonate.Король Rilonate сначала назвался королём Rod , но потом признался,что является королём Rilonate, за что крапинки Rod превратили его в мелкие кусочки и скормили своим детям. А Король Rod, напротив, сразу же назвал себя королём Rilonate, а так как не все крапинки Rilonate вживую видели своего короля,то они приняли его за своего. В конце концов, король Rod построил большой замок в Rilonate, где жили его дети,наполовину крапинки Rod , наполовину крапинки Rilonate. Король Rod в качестве короля Rilonate, дожил до состояния гармоничной смеси, что ранее считалось невозможным.

Крапинки Rilonate не культивировали на спине Огдиллы пропитание, используя собственные косы,как крапинки Rod.Вместо этого они тёрлись головами частицы, похожие на волосистую траву, которая покрывала населённую Rilonate часть спины Огдиллы. От трения возникало статическое напряжение, о наличии которого,можно было судить по то и дело мелькающим голубым вспышкам. Синий газ,из которого состоял Огдилла, если оказывался вблизи дуги молнии, реагировал на это отщиплением кубического кусочка пальца,мизерной закуски ,приправленного известью. Это был единственный источник пищи для крапин из Rilonate.

Каждые 247 дней (это был год для Rilonate, выбранный произвольно,поскольку у них нет деления на сезоны) крапинки устраивали ежегодный праздник, названный "Fillange per Jungi".Великий день начинался с концерта трения, где всё население Rilonate тёрлись головами о волосистый покров пока поверхность не истощится или пока у крапинок не останется конечностей.Около трёх часов,после этой безумной гонки, крапинки восстанавливали силы чтобы держать себя в вертикальном положении. Тогда мужчины начинали Фестиваль Кубика, в то время как женщины приступали к готовке различных гастрономических деликатесов, таких как фондю кубика, салат кубика, кубический суп, жареный кубик, кубик и кубик-на-палочке(для детей),кубическая паста, филе кубика, кубический пирог, кубик с приправами, кубик с начинкой,кубический щербет, подгорелый кубик, суши из кубика, высококалорийный кубик, кубик в масле, кубический торт, кубик на камнях (для взрослых), жареный кубический торт, кубическая похлёбка, кубик-барбекю, похлёбка с кубиком, кубический пудинг, глазированный кубик, горячий кубик, кубик на пару, копчёный кубик и,конечно же, Пузырчатый Хлебный кубик Сьюзан.Несмотря на то,что запах от кубических блюд прекрасен,им наслаждаются те,кто не нашёл время принять участие в веселых играх "Fillange per Jungi"  таких как: "Давай сюда", "Эй, вы сами наткнулись на моё колено,друзья", "Вы только что стояли там" и "Это мой ковш". День "Fillange per Jungi" завершается танцем, который исполняется лёжа на спине с поднятыми вверх ногами и первую премию получает тот танцор,кто поднял ноги выше остальных. 

Король Rod, который для крапинок Rilonate был королём Rilonate, использовал "Fillange per Jungi" как компанию для повторного избрания,так как через 12 дней после пикника был день выборов.Крапинки голосовали каждый год, но у них было два выбора - голосовать за Красного короля Rod или голосовать за Зелёного короля Rod. Так или иначе,король Rod был переизбран. 

Для крапиноr Rilonate "Fillange per Jungi" был Забытым Днём Искупления.Они знали,что в прошлом был определённый день, который был предан забвению,когда король Rod захватил престол Rilonate. По крайней мере,они знали,что такой день имел место быть,не забыли,что действительно нужно очистить.

После того,как король Rod занял трон Rilonate , крапинка по имени Нефамут обнаружил туманные ссылки к некоему историческому дню под названием "Fillange per Jungi".Царские советники посоветовали королю объявить о новом дне "Fillange per Jungi" и отдел маркетинга начал думать о том,как сделать этот день весёлым народным праздником. Никто и подумать не мог,что все эти танцы и дурачества были частью ритуала искупления, ведь день этот в основном запомнился именно как ежегодный танцевальный фестиваль.

Крапинки Rilonate определяли конец одного дня и начала нового с помощью Определителя Дня,а точнее,Камня определения, который он держит в вытянутой руке. Когда в этот Определитель Дня не может поднять руку с камнем вверх - объявлялся следующий день и следующее поднятие камня. Быть Определителем дня было очень престижно, однако ни одна крапинка не было им чаще раза в год.

крапинки Rilonate женились потрое. Два жениха и невеста или две невесты и жених. В любом случае супруги менялись ролями каждый день, живя сначала с одним супругом а наследующим день с другим.Каждый год крапинки женились заново,начиная с того партнёра,с которым был короче на один день в году.Церемония вступления в брак Rilonate была короткой и простой: три крапины шли к королю в назначенный день свадьбы, подтверждали своё намерение и обещали никогда не ссориться. Обеты были повторены таким образом: король говорил каждой крапинке поочередно: "Ты,____, обещаешь ли никогда не ссориться?" Тот,чьё имя назвали, говорит "я".Затем,в случае двух невест и жениха,король говорил:

"Повторяйте за мной: Я,_____,принимаю вас,___, чтобы вы стали одной из моих жён, и вас, _____, чтобы вы стали моей другой женой." 

Причиной аннулирования церемонии,как правило,является обида одной из двух невест или женихов,что его или её не назвали в первую очередь в клятве. Причиной развода может быть нечестная игра одного из партнёров до свадьбы, или если свадьба выпадала на високосный год и к одному из супругов добавлялся ещё один день,который затем продлевал новогодню последовательность!

0

2

BertBert (БертБерт)

Своё следующее создание Куатер сделал более похожим по форме на свою собственную. Он попытался продублировать себя, но так как был не таким хорошим творцом, как Отец, то это был не совсем идеальный дубликат.
БертБерт обладал умением говорить и мыслить, однако не знал, чем же он отличается от Куатера. Он подумал, что он и есть Куатер и мгновенно создал семь собственных корон и начал воспроизводство самого себя. Поскольку БертБерт был ещё худшим творцом в сравнении с Куатером, то каждое поколение в свою очередь было ещё хуже предыдущего. Последние поколения БертБерта даже не являлись живыми существами, а скорее больше походили на куски мяса.

Род БертБерта:
Так как БертБерт считал себя Куатером, он создал своего сына БертБерта.
Этот второй БертБерт создал сына Бредбеда, слабый дубликат себя и с проблемами речи.
Бредбед был мудрым существом. О нём говорили - «Самый мудрый из всех», хотя доподлинно неизвестно, кто именно высказался о нём так, ибо на самом деле Бредбед был тупицей. Он не записал ни одно из своих мудрых высказываний, однако, его сын, Бридабрек, дословно записывал отцовские лекции…

Мудрость Бредбеда, сына БертБерта, сына БертБерта:

Я не хорош по натуре, но я естественно счастлив.
Если я упал, это не вина моей матери или нежности.
Я был свидетелем тысячи падений.
Для этого я невезуч.
Для меня это страшная пытка.
От этих мыслей я стал угрюм и ссохся.
Приятная мощь, если служить под стеклом, или есть, как фазаны, что стало причиной для скрежета моего голоса.
Убийца будет убит, танцор – обездвижен. Когда пчёлы изобилия изжалят моё сердце.

Я изнурён…Слабее, слабее…Слабее…

Найдено три пути Вавилона:
1. СТРАХ – он питается сам, как змея, спускающаяся к подножию холма и добывающая там пропитание. Чем больше он получает, тем больше ест, пока ничего не останется.
2. ЖАДНОСТЬ – в отличие от страха, она уменьшает создание, пока его не охватит страх или ещё что-либо такое же мелкое. Пахнет, как палёный волос.
3. ТЩЕСЛАВИЕ – змея с сильными ногами, способными перейти поток. Цапает в ловушку, мирно плавая на животе.
Я поведаю вам о своих похождениях и поступках, если вы будете меня слушать.
Вы отправитесь со мной в путешествие, если поторопитесь. Мы останемся здесь и погибнем, если вы этого не сделаете.

Бредбед, не являясь «точкой отсчёта» изначально, буквально стал отцом собственного сына Бридабрека. Бридабрек, отец Бикбека, был очень тощ для своего возраста, и его сверстники насмехались над ним из-за этого, а также из-за синих и зелёных пятен, которые покрывали его тело. После того, как была создана целая толпа потомков БертБерта, несчастный Бикбек оказался позади толпы.
Чтобы скрыть свою грусть, он делал вид, что наслаждается положением на задворках. Именно там он встретился с остальными сидельцами. Это были жалкие существа, страдающие от своих недугов почти так же, как он от своих пятен. Дальний родственник Бикбека по имени Хифэйс предложил ему встать на ноги и не прятаться более позади других, но Бикбек выбрал жесткость толпы и указал на недостаток Хифэйс - крошечную вторую голову, которая росла на тыльной стороне ладони. Он спел песенку о штучке, которую Хифэйс прятал в ладонях. Все засмеялись над Хифэйсом и похвалили Бикбека за его весёлые и смешные стишки. Хифэйс попытался поспорить с Бикбеком относительно такой жестокости, но Бикбек спел песенку снова и Хифэйс убежал домой в слезах. Толпа признала, что Бикбек очень остроумен, но не могла позволить ему выйти в люди из-за этих ужасных пятен. Тогда у Бикбека родилась идея. Однажды утром Бикбек ушёл в дальние дали, чтобы скрыть свои пятна. Он покрывал себя пылью, пока кое-кто из его коллег не счёл его красивым. Они тут же сопроводили Бикбека обратно в толпу, где велели написать побольше песен о личности-на-задворках-толпы. Бикбек писал песни о жестокости и предрассудках каждого из толпы. Исключая одного, кто стоял в заднем ряду. Он надеялся, что толпа не заметит его родного брата Литтла, который был отсталым, а потому стоял позади всех. Но, к сожалению, кто-то всё же заметил.
Толпа закричала: «А теперь, Бикбек, спой-ка нам песенку о Литтле! »
Они поняли, что эту песню Бикбек сохранил на конец выступления, так как писать её было легко, и она должна выйти очень смешной с учётом тематики его песен. Сквозь толпу Бикбек посмотрел на Литтла, который мог смотреть только на землю под ногами. Литтл был ещё более жалок, чем брат и Бикбек ненавидел его за несовершенства.
Бикбек подошел к своему брату, который лепетал несуразицу и выглядел вообще очень глупо. Литтл узнал брата и захотел обнять его, как делал всегда. Он протянул руки и сжал брата в объятьях, пролепетав «Лилль такой же, как Бикс! »
Толпа обрушила на Литтла лавину смеха. Передние ряды нагло кричали, что он типичный тупица. Смущённый, Бикбек бросил Литтла на землю и назвал его животным.
Литтл был потрясён и заплакал. Бикбек посмотрел на него, и слюни потекли по его рукам. Они-то и свел на нет почти весь его пыльный покров, обнажив ненавистные пятна. Бикбек упал лицом вниз и заревел. Литтл перешагнул через него и поддержал его. Толпа была охвачена смущением и не знала, что делать дальше. Тогда Бикбек вытер глаза и сказал «я хочу спеть песню о несчастных созданиях, отвергнутых толпой». Те, кто стоял сзади, посчитали, что эта песня будет ещё более унизительна для них. Первые ряды ликовали. Литтл пускал слюни.
Голос Бикбека был настолько прекрасен, что эта песня до сих пор считается эталоном. Вот что он пел:
В этой жизни я обнаружил одну вещь,
Это – жалость, которую я воплощаю собой.
Вы говорили об другой стороне толпы,
И я скажу вам, не стесняясь.
Именно они наши освободители,
Несчастные приспособления, которые мы используем,
Ступеньки для нашего восхождения,
Для первых рядов, стоящих в толпе,
Со строгим понятием красоты,
Для стороны, в которую мы попались.
Две стороны одного целого,
Пожалуйста, услышьте мои мольбы
И воссоедините свои ряды, первые с последними.
Разрушим принятые стандарты
Небольшой группы созданий.
И если мне предстоит выбирать между двумя сторонами
Я не смогу этого сделать, потому что я люблю вас всех
В моём мире мелкое может быть возвышенным,
И потому брат мой Литтл – величайший из всех.

Толпа молчала, а Бикбек подошёл к брату и шепнул ему на ухо «Прости меня. Я был большим дураком»
Литтл всё ещё пускал слюни. Некоторые члены толпы, прислушавшись к песне Бикбека, смутились и покраснели от стыда. Другие же так не сделали, однако были обеспокоены мыслью о воссоединении толпы. Бикбек прожил тихую и счастливую жизнь, женившись на скромной девушке Филлиде, также родом из задней стороны толпы.

Он стал отцом Мак Мока, чьё имя означает «Возвышенная слабость».
Мак Мок создал Мак Мака.
Который создал Мак Мака.
Который создал Мак Мака.
Который создал Мак Мака, чьё тело сочетало в себе мужское и женское, с каждой стороны соответственно. Это было колоссальное создание, названное Маммур, который очень этим гордился. Он считал себя абсолютным целым, независимым ни от кого, даже от своего создателя Мак Мака. Но Мак Мак не мог принять такую самонадеянность и тогда он взял огромный лом и разрубил Маммура на два создания: мужчину с именем Meen и женщину, названную Mavi. Тогда Мак Мак начал следить, как две половинки единого целого отдаляются друг от друга. И когда Маммур окончательно треснул, он выкинул лом в пространство космоса. Как только две половинки существ увидели, что они более не являются единым целом, они тут же начали пытаться воссоединиться, чем занимаются и по сей день.
Маммур или Mavi и Meen родили Маумат. Сыновьями Маумат стали Мау Мач, Марзим, Мах Туп и Манаак. Сыновьями Мау Мач стали Мабес, Малива, Магбес, Мамаар и Мацетбас. И сыновьями Мамаар стали Мабеш и Мадед.
Теперь Мадед стал отцом Моремин, который стал высококлассным флористом в своём городе. Он стал сильным флористом ещё до Куатера, и поэтому говорили «Как Моремин, цветовод, лучше Куатера». В начале в состав его царства входили Дейзволд (Мир Маргариток), Розбуд (Бутон Розы), и Анисовые Земли. Уроженцем этих земель был Милпитас, который построил H'voney и Тт, это были великие города. И Моремин стал отцом Мидула, Мимана, Мибагеля, Мисурфата, Михульсака (создателя стиля пеон), Мирофака и Мехмата, злых близнецов.
И Мисурфат стал отцом Модиса, своего первенца, и Мат Бафа, и Квергентса, и Лоло Мена, и Фило Дендрита, и Шраб Пипла, и Клэй Вантерса, и Нео-Рессенсита, и Брива, и Манаакита, чья семья позже распространилась за рубежом. Также территорией Манаакитов стало место, когда вы идёте к Модос, по направлению к Нодис, мимо Делано, Труки, Честер и Альдерас, так же далеко, как и озеро Альманор. Это были сыновья Маумат, с собственным языком, народностью, землями и семьями.
Модис позже создал Мах Мина, который предпочитал вместо короны надевать фиолетовый капюшон. Мах Мин создал Мах Них, который обожал капюшоны, но терпеть не мог отцовский фиолетовый. Это был бунт, после которого Мах Мин был вынужден вернуться к традиции ношения короны, как и его предки. Этот жест настолько порадовал Куатера, что Мах Мину было предоставлено право быть ближе и пребывать в вечном мире с Отцом, но только при условии, что тот сможет создать подобие себя, Май Ни.
Который был отцом Вей Ни.
Который был отцом Вах Джи (основателя знаменитой нации Вах Ах)
Который стал отцом Феп Эт.
Который создал Феп Пи.
Который создал Феха, который любил петь песни о любимых сыновьях. Он пел с помощью воздуха, проходящего между закрылками из плоти на его спине. Он пел это, как искренний жест любви к своим сыновьям, но вечные хлопки и жужжание его песен настолько раздражали слух Куатера, звук которых он терпел на протяжении многих лет, что его терпение, наконец, кончилось. Куатер поразил Феха сгустком энергии, что от Феха не осталось и следа. Фех погиб в самом расцвете лет, но не ранее, чем дал жизнь тринадцати сыновьям. Тринадцатью сыновьями Феха были: Klough, Kluff, Klau, Klimt, Kleft, Klak, Klink, ещё пять сыновей Фех назвал одинаковым именем Kloppenhomwinwitz, потому что не мог придумать иного имени вплоть до рождения своего последнего сына, Klee. В Легендах Ваха есть история о Фехе и его тринадцати сыновьях. Любимым сыном Феха был младшенький, которого назвали Klee (что означает «дай больше таких, как он»).
Фех часто отправлял сыновей выгуливать стадо Ваха (FwaCattle), чтобы показать им ценность упорного труда и научить их ответственности через заботу о стаде. У FwaCattle было три пола: женщины, химеры и тримеры, которые заключали в себе начала обоих полов. Когда женщины кормили, на их коже выделялся FwaGerkines. FwaGerkines был основой диеты Вах Аха. Klee был самым молодым из сыновей Феха, но и самым ответственным среди них, к тому же, единственным, кто слушал отца, когда Фех рассказывал сыновьям легенды о Феб Пи, об Отце и Куатере. Другие сыновья проводили большую частью своего времени слушая песни отца и избегали работы, мечтая о том, как потратят своё наследство, когда отец умрёт. Напротив, Klee ухаживал за стадами FwaCattle с таким усердием, что можно было подумать, что это его собственные стада. Его стадо было самым крупным наравне с собственными стадами Ваха, и Фех очень гордился такой заботливостью сына.
Чтобы показать свою признательность, он сшил из лучшей кожи FwaCattle пару прекрасных шорт для сына. Другие сыновья Феха усмотрели в Klee опасность для своих наслаждений и начали думать о том, как бы поскорее от него избавиться.
Когда Klee пас с братьями стада, он часто возвращался к отцу с плохими новостями, что братья плохо пасли FwaCattle и часто тайно продавали их ради собственной выгоды. Klee смело говорил своим братьям, что, в то время, пока они мечтают избавиться от работы, он мечтает стать Правителем Вах Аха. Это переполнило чашу их терпения и после долгого разговора они пришли к выводу что от Klee пора избавляться.
Когда он вышел на равнины Чоппен, они напали на него, связали и отнесли его и его чудесные шорты спекулянту. Затем братья продали брата и купили Choppenpops, штучки, напоминающие тушёные стручки. Они принесли их и шорты Феху, сказав, что Klee затоптал табун и это всё, что от него осталось.
На протяжении 88 лет Фех оплакивал смерть своего любимого сына. Между тем, спекулянты продали Klee императорским пастухам за пачку Дымного Газа.
Теперь, так как император привык к чистоте своего стада, один из пастухов ежедневно драил их шкуры. И хотя Klee делал это превосходно, пастухи заметили, что он плачет, и просил отпустить его. Пастухи перевели его на службу к Портенчипу, императорскому телохранителю.
Klee стал дворецким Портенчипа и принял на себя всю ответственность, как делал это со стадом своего отца. Портенчипа часто не было дома и Klee пришлось делать за него часть его обязанностей, однако, когда Портенчип возвращался, он не преминул заметить, что Klee прекрасно справляется и с заботами о стаде и с домашними хлопотами. Он действительно делал лучше, чем мог сделать сам Портенчип. Портенчип мог бы, и заревновать, но у него практически не было свободного времени.
В эти дни, когда Портенчип был в одной из своих многочисленных поездок, его жена, Петтенпипа, посмотрела на Klee такими глазами, какими могла бы смотреть только на законного супруга Портенчипа. Klee не дурак, он знал, что значит такой взгляд Петтенпипа, а потому предупредил её, как всегда его предупреждала его мать. Он сказал:
«Если вы не перестанете на меня так смотреть, ваши глаза навсегда останутся в таком положении». Петтенпипа не хотела уступать и продолжала смотреть на Klee и, конечно же, вскоре она не могла отвести глаза. Она солгала Портенчипу, что Klee пришёл к ней ночью, одетый как сам Портенчип, и она посмотрела на него особым взглядом, потому что думала, что это её муж, а теперь не может изменить положение глаз. В бешенстве Портенчип избил ногами Klee, а затем бросил его в тюрьму.
Но Куатер не забыл о Klee.
Klee снова процветал, так как имел смиренный характер.
После того, как тюремщик избил Klee, он повесил на него все обвинения и сделал его ответственным за все преступления, которые были не раскрыты. Однако прокурор не обнаружил ничего в рамках обвинения и Klee не казнили.
Klee часто рассказывал своим сокамерникам о сказках, которые услышал от отца будучи мальчиком. После того как это произошло, в камеру поместили Императорского племянника, который был осуждён за то, что испачкал парадную одежду императора, жонглируя печёнкой. Император был в ярости на своего племянника, лишил его этого статуса и бросил в тюрьму туда же, где сидел Klee. На тюремщика возложили обязанность, чтобы бывший племянник провёл в тюрьме достаточное количество времени. Однажды у бывшего императорского племянника была ужасная ночь. Он ворочался и падал всю ночь напролёт. Когда Klee подошёл к нему утром, то увидел, что бывший племянник очень не в духе. «Почему вы сегодня так грустны?» - спросил он. Тогда бывший племянник императора сказал ему: «Ты слеп? Только посмотри на мои волосы; вот моё постельное бельё, но нет никого, кто мог бы растолковать мне его!» Он сказал так потому, что в королевстве Феба постельное бельё используют в предсказании будущего. Тогда Klee сказал ему: «Разве есть сон, который не растолкует Куатер? Пожалуйста, позвольте мне изучить ваше изголовье»
Затем Klee сказал ему: «Вот толкование: сегодня император снова признает вас своим племянником и освободит из тюрьмы. Теперь, пожалуйста, будьте добры, напомните обо мне императору, освободите меня из этой тюрьмы. На самом деле я похищен с земель Вах Аха, и не сделал ничего, за что меня можно сажать в тюрьму»
Именно во второй половине дня император признал своего племянника и освободил его из тюрьмы. Когда его спросили, что делать с тем, кому он дал новый «статус племянника», император приказал бросить его в тюрьму. Племянник императора не вспомнил о Klee и забыл о нём насовсем. Но Куатер не забывал Klee.
Прошло полных два года, когда однажды утром император проснулся в беспокойстве и вызвал всех толкователей. Все они должны были изучить бельё императора, но никто не мог назвать ему толкования.
Тогда племянник императора поднялся и сказал «Позвольте мне сказать. Два года назад император был в ярости и заточил меня в тюрьму. Однажды утром я проснулся в беспокойстве. Молодой раб-заключённый осмотрел моё изголовье и растолковал мне его значение. В тот же день император восстановил меня и вытащил из тюрьмы»
Император позвал за Klee, которого тут же представили императору. Правда, сначала его обрили с головы до ног, одели в чистую одежду и уж, потом представили императору.
Император сказал Klee:
«Полагаю, вы видите моё изголовье кровати, и что никто не может растолковать его значение. Говорят, вы можете растолковать все, так помогите мне»
Klee ответил: «Не я толкую, а Куатер посылает мне видение»
Император сказал: «Вот моё бельё. Исследуйте его»
Тогда Klee поведал императору, что приближается страшная засуха. Она поднимет инфляцию до небес из-за нехватки FwaGerkines и FebGerkines. Но произойдёт это не раньше, чем соберут рекордный урожай FwaGerkines. Теперь император должен поставить мудрого правителя над землёй Феб. Пусть император примет решение о назначении наблюдателей за полями, и когда настанет время избыточного урожая, выделить одну пятую часть поля, с которой и собирать урожай, а с остальной части собрать в закрома и поставить охранять его, Klee. Этот избыток будет резервом пищи во время засухи, которая будет буйствовать на землях Феба и Вах Аха. Таким образом, возросшая инфляция не погубит королевства.
Император сказал: «Вау! Всё это ты увидел по моему белью?»
Тогда он сказал своим слугам «Не правда ли, именно этот человек сможет управлять землёй Феба?»
Тогда император сказал Klee: «Ты знаешь ответы на все вопросы, ты можешь покинуть этот дом. Все мои люди будут чтить тебя, и лишь я буду находиться выше тебя. Смотри, теперь ты – правитель земли Феба»
С этими словами император снял шорты (теперь внизу он был абсолютно голым) и отдал их Klee.
Он отдал ему свой второй автомобиль, и когда Klee выезжал на нём, всем, кто попадался на пути, говорили «Преклоните колени!» И вот Klee правитель земли Феба.
И тогда император сказал Klee: «Хоть сам я император, никто без твоего разрешения не должен поднять руку, или ногу, или левую бровь на всей земле Феб» И он дал ему в жёны Гейл, дочь парня, которую он выиграл в игре бросай - вагон в предыдущий день.
Таким образом, Klee стал премьер-министром соседнего королевства Феб. После периода сверх-урожая на земле Феба, на земли Феха пришла страшная засуха, стада уходили прочь, урожай FwaGerkines падал, и земли Ваха пали в панику из-за повышения цен, падения процентных ставок и роста инфляции.
Сыновья Феха, Klough, Kluff, Klau, Klimt, Kleft, Klak, Klink, и пять сыновей по имени Kloppenhomwinwitz, потому что Фех не мог придумать другого имени вплоть до Klee, своего последнего сына, были вынуждены идти в королевство Феба для торговли их ценными статуэтками ChoppenMettle в обмен на FebGerkines, опасаясь голода.
Вах Аховцы терпеть не могли FebGerkines, для них они были «грязными». Они настолько испытывали отвращение к FebGerkines, что только мысли о послевкусии, которое возникает после употребления FebGerkines, вызывали пренеприятную физическую реакцию организма. Один только их вид вызывал у Вах Аховцев бледноту, слабость и тошноту. Запах же их вызывал рвотный рефлекс. Среди джентльменов было принято следующее высказывание «Лучше я съем отходы моего злейшего врага, нежели притронусь к FebGerkines» На что ещё часто отвечали «Да неужели? Да я скорее засуну себе в глаз шесть ржавых гвоздей, нежели съем этих мерзких FebGerkines»
На что ещё могли ответить «Ну, я скорее съем собственный мозг, после того, как лопнут мои глаза, чем попробую FebGerkines » Тем не менее, на это могли ответить, что «Я скорее принял бы полноценный массаж от девушки-рабыни по имени Хела, нежели пробовать эти FebGerkines» На что каждый отвечал «А?»
Если Вах Аховец хотел оскорбить другого уроженца Вах Аха, он говорил «Твоя мать ест FebGerkines!»
Среди молодёжи вообще считалось модным говорить о FebGerkines. Известный юморист Люди Кинсайт обычно не пользовался особой популярностью, но сейчас его шутки о FebGerkines были у всех на устах. Конечно, эти выступления были только для совершеннолетних и были запрещены в большинстве городов. Жители Вах Аха, в том числе и Фех со своими сыновьями поняли, либо будут давиться FebGerkines, либо умрут от голода.
Теперь Klee был правителем на земле Феба и управлял всеми людьми на ней. Братья Klee пришли к нему и поклонились, как правителю. Klee сразу же узнал их, но не открылся сразу и говорил с ними, положив хлопок себе за щеки. Братья его попросили двенадцать с половиной ящиков FebGerkines. Тогда Klee отдал приказ наполнить ящики шортами большой ценности. Это было выполнено. Тогда братья загрузили двенадцать с половиной ящиков на FwaOxen и вылетели оттуда. На границе Klee отдал приказ остановить братьев. Начальник полиции спросил «Могу ли я видеть вашу квитанцию?» Klough, как самый старший, отдал квитанцию должностному лицу. «Здесь написано, что вы везёте двенадцать с половиной ящиков FebGerkines. Могу я на них взглянуть?»
Klough дал полиции своё согласие. Когда полицейские вскрыли ящики они, конечно же, обнаружили бесценные шорты. Братья были потрясены, по крайней мер, сердце ушло в пятки, они оборачивались и спрашивали «Что это?» Поэтому полиция эскортировала братьев обратно в дом Klee. Братья, конечно же, были напуганы, но когда увидели, что Klee приглашает их на застолье с лучшими блюдами из FebGerkines, то конечно согласились. Пока они ели (хотя каждого из них вырвало, по крайней мере, дважды), он напомнил их сундуки лучшими FebShoelaces, которые носит только императорская семья. После обеда Klee отпустил своих братьев (которые до сих пор не знали, кто есть этот правитель) домой.
На границе Klee приказал полиции остановить братьев. Начальник полиции спросил «Могу ли я видеть вашу квитанцию?» Klough, как самый старший, отдал квитанцию должностному лицу. «Здесь написано, что вы везёте двенадцать с половиной ящиков FebGerkines. Могу я на них взглянуть?»
Klough дал полиции своё согласие. Когда полицейские вскрыли ящики они, конечно же, обнаружили драгоценные шнурки. Братья были потрясены, по крайней мер, сердце ушло в пятки, они оборачивались и спрашивали «Что это?» Поэтому полиция эскортировала братьев обратно в дом Klee. Братья боялись, что их казнят, но когда они прибыли в дом Klee, он пригласил их в бассейн. Пока они были в сауне, после купания, он наполнил их ящики бесценными мареографами. После того, как братья закончили сушиться, Klee отправил их, всё ещё не подозревающих о нём, домой. На границе Klee приказал остановить братьев. Начальник полиции спросил «Могу ли я видеть вашу квитанцию?» Klough, как самый старший, отдал квитанцию должностному лицу. «Здесь написано, что вы везёте двенадцать с половиной ящиков FebGerkines. Могу я на них взглянуть?»
Klough дал полиции своё согласие. Когда полицейские вскрыли ящики они, конечно же, обнаружили драгоценные мареографы. Братья были потрясены, по крайней мер, сердце ушло в пятки, они оборачивались и спрашивали «Что это?» Поэтому полиция эскортировала братьев обратно в дом Klee. Братья считали, что на этот раз их точно казнят, но, увидев, что Klee пригласил их посмотреть собственный театр мимов, они согласились остаться ночевать. В то время, пока они спали, он наполнил их ящики
hewminallinterfatch (набор продуктов питания). В первой половине дня, после завтрака, Klee отпустил братьев, так и не узнавших его, домой.
Но Klau, более смышленый, чем его старший брат, сказал «хотел бы я взглянуть для начала на эти FebGerkines». Когда он открыл один из ящиков, он, конечно же, обнаружил бесценные hewminallinterfatch. Он воскликнул «Что это?!» Klee понял, что братья раскрыли его обман. Он вышел и сказал «Я Klee!» И братья ответили «Кто?» Тогда Klee вынул вату изо рта и рассказал им всю историю. Он сказал «Всё было примерно так:
Когда я вышел на равнину Чоппен, вы схватили меня, сняв с меня шорты и продали меня на рынке спекулянтам за тушёные стручки…» Klee и братья в последствии вернулись в Вах Ах к Феху, который прожил ещё несколько лет до момента, когда Куатер поразил его сгустком энергии.
В целом, семья Феха прожила 410 лет.
Klee, став правителем земли Феба вынужден был изменить своё имя на Фей Ни, что означало «Большинство из тех, кто не согласен»
Фей Ни создал Фей Ни.
Который создал Вах Ни.
Который создал Эйкера, который был абсолютно не похож на своего отца, Вах Ни, однако ему удалось создать Эхпа.
Как и многие поколения до него, Эйкер пел для малютки Эхпа колыбельные, используя спинные закрылки. Таким образом, Эйкер пытался показать свою заботу о потомстве. Он часто смотрел на личико Эхпа так долго, пока глаза его не начнут сохнуть и не заслезятся от усталости. Эхп был полон доброты и щедрости и любил своего отца так же, как любил его дед, Вах Ни. В один из дней, когда Эхп и его дед Вах Ни пребывали в Boneyard, Вах Ни заболел. Вах Ни попросил Эхпа остаться с ним до тех пор, пока душа его не отойдёт к Отцу, потому что боялся. Эхп положил на лоб Вах Ни кусок мокрой прохладной ткани, как учил его Эйкер. Куатер раскрыл небеса и позволил Вах Ни уйти. Это был единственный раз, когда Эхп увидел Куатера, который был ещё более удивительным, чем о нём говорилось в легендах. Эхп вырос сильным и красивым, наиболее похожим на БертБерта, чем все поколения до и после него. Эхп стал сильным лидером над другими, потому что они видели, что он приятен Куатеру. Однако, и его не обошёл закон «каждое поколение хуже предыдущего». Эхп создал собственное дитя, которое было скорее похоже на недожжённую кучу мусора, и он назвал его Uh Uh.
Но так как Uh Uh фактически не был живым существом, он не мог ничего создать.

0

3

Numeron (Нумерон)

В следующего сына Куатер решил вложить больше вещества, чем на кого-либо раньше. По сути, Нумерон выглядел как куча кубиков. Он был одержим мыслью быть правильным и разумным во всём, даже в правилах письма. Нумерон редко делал что-либо по-своему, не спросив предварительно у Куатера. Нумерон любил свою корону и гордился ею – возможно, даже слишком. Он создавал триста дубликатов самого себя, целый день, каждый день.
Вот некоторая часть его рода:
Первенцем Нумерона был Набрис, клон Нумерона.
Первенцем Набриса был Топо Бин Подобный, потом Либда, Масбим, Мишмэш, Хамдух, Бим, Дэд, Имэт, Ютер, Биг Ифеш, Стифан и Хамдек; это были сыновья Набриса.
Сыновьями Топо Бина были Нармиз, Джок, Гок, Ним, Ниби, Итчи Итч, Каши и Чипчеп.
Сыновьями Ниби были Абеш и Надед.
Сыновьями Итчи Итча были Хафи, Реф Макинрог, Адиба, Инкеркрог и Хаа. Это были сыновья Топо Бина Подобного.
И Нумерон был отцом Нумерона - младшего.
Сыновьями Нумерона – младшего были Ли Мимба и Суппануппа.
Сыновьями Ли Мимба были Зафил, Лойтер, Шо Хорф, Малагаскет и Гарок.
Сыновьями Зафила были Намет, Рамо, Ай Фез, Майтег, Занек, Анмит и Келама.
Сынами Лойтера были Таган, Харпинбарпин, Хан Маш и Шаса.
Сынами Харпинбарпина были Пис, Бадд, Лабопанки, Ноебиз, Хана, Нош Б’Гош, Риз и Нашид.
Сыновьями Бадда были Ирах и Мамах, и сестрички Натол и Энни Нитнитнит.
Сыновьями Нош Б’Гош были Ален, Нуннибиз, Вэ, Лейби, Иф и Мано.
Сынами Нуннибиза были Хоксогина-Гик и Сот, двоюродный брат Вэ.
Сыном Сота был Нокнок. И сыновьями Нокнока были Нарм, Наб, Нарви, Нар и Риз.
Сыновьями Риза были Налбо и Назазанатаб.
Сыновьями Налбо были Зух и Наракатангбалуф.

Вот цари, царствующие на землях Гека до того, как любой из сыновей Нумерона – младшего вступил на царствование.
Алеб был сыном Ройендейла, и его город назывался Хэвту.
Когда Алеб умер, Бабурно, сын Гивия из Гарзоба, стал царём вместо него.
Когда Бабурно умер, Машбуш из земель Наметитис стал царём вместо него.
Когда Машбуш умер, Дадах, сын Дадеба, который победил Нидиама в бою за область Баом, стал царём вместо него, и имя его городу было Теам.
Когда Дадах умер, Пе’холлу из Хакерсама стал царём вместо него.
Когда Пе’холлу умер, Уувии из Тоттот-на-Реке стал царём вместо него.
Когда Уувии умер, Нанахбал, сын Робоча с Моря, стал царём вместо него.
Когда Нанахбал умер, Дадах стал царём вместо него, и имя его городу стало Иап, его женой была Диметикон, дочь Падимет, дочери Обензон.
Затем Дадах умер.
Теперь правителями земли Гека были: шеф Анмит, шеф Эмолиент, шеф Фиф, шеф Хамабилого, шеф Хейла, шеф Нонип, шеф Занек, шеф Намет, шеф Разама, шеф Лениз и шеф Мари. Это были правители земель Гека.

Теперь Нумерон мало уделял внимание созданиям, которых он уже создал, сосредоточившись на создании всё новых существ, чтобы потом снова забросить их. Нумерон создал брата Набриса, Абриса, который был с чистым сердцем и очень добр, несмотря на то, что Нумерон забросил и его.
Набрис был убеждён, что нет ничего лучше того, что сделает Абрис сам, он боялся, что Абрис больше нравится Куатеру. Полагая, что Нумерон не обратит внимания, Набрис убил Абриса, уничтожив многочисленные рожки, что покрывали спину и шею Абриса.

Этот гнусный акт произошёл, по сути, из-за невнимания Нумерона, однако Куатеру виднее, и он покарал Набриса вечной слепотой.

Сыновьями Нарколона, сына Нумерона, были Лимхер, Мах и Ябулеч.
Мах стал отцом Баданимма.
И Баданимма стал отцом Ношхана, лидера сыновей Нарколона.
Нашхан стал отцом Амласа,
Амлас стал отцом Зоаба,
Зоаб стал отцом Дебо
И Дебо стал отцом Эссе.
И Эссе стал отцом Бейла, первенца, Баданиба, второго по счёту, третьего Аемиша, четвёртого Ленатена, пятого Иаддара, шестого Мезо, седьмого Хэнка и сестёр Хуарез и Лиаджиба.
И трое сыновей Хуареза были Ашба, Бокс и Лехаса. И Лиаджиба родила Муди-Бингпуди, и отцом Муди-Бингпуди был Иофор Набрисит.
И Муди-Бингпуди стал отцом Бананагрунту, и Бананагрунт стал отцом Носучлуку, лидеру сыновей Нодис.
Носучлук стал отцом Амвот, Амвот стал отцом Гофмхлем, Гофмхлем стал отцом Дентурупту, и Дентурупт стал отцом Куптпт.
И Куптпт стал отцом Вку, его первенца, вторым был Хевьюкун, третьим был Тахнана, четвёртым Бизц, пятым Иаата, шестым Нтиндо, седьмым Нгоинк, и сестёр Бинчнудл и Грагамлит.
Тремя сыновьями Бинчнудл были Корпуп, Панго и Куйтит. Грагумус родила Азма, и отцом Азма был Овал, принц Обскур.
Сынами Нумеро Бенти, сына Нумерона, были Лейнто и Хай Гарри Хапсикомби. И сыном Лейнто был Вэтвэт, и сыном Вэтвэта был Аф.
И Аф стал отцом Опра, и Гарри стал отцом Миш Капиш, они в последствии стали мастерами. Миш Капиш стал отцом Мадаразубен.
Нумерон был отцом Ни Рона. Ни Рон стал отцом тех, кто жил в покрытых соломой восьми – на - четырнадцати – футах хижинах и пользовались Pygmy Shrimp Swabs. Его брата звали Н – Рон, который питался тем, что предварительно разжевал Ни Рон.
Н – Рон стал отцом всех, кто, празднуя день рождения Нумерона, играют на Pinkerkrogg и Ngtoilibong.
Нумерон стал отцом Нумби.
Затем Нумерон стал отцом Насаака Великого.
Затем Нумерон стал отцом Килфакс, который просто сидел на месте.

В один год Нумерон потерял почти половину своих созданий, который упали с утёса. Это произошло на одном из их утренних шествий. Один из лидеров свалился с утёса, другие просто последовали за ним. К сожалению, Нумерон заметил это, лишь когда половина созданий скрылась из виду за обрывом. Однако он сумел убедить оставшуюся половину свернуть назад.
Несмотря на то, что сто пятьдесят существ упали прямо на скалы, не все из них погибли. Многие из них были особо дороги сердцу Нумерона. Двое, которых Нумерон особенно любил, остались нетронуты. Это были Насаак Великий и Нумби.
Создания Нумерона упали в котлован Арамуз.
Там Нумби и Насаак создали два королевства – близнеца Нубии и Насаак. Это не осталось незамеченным Нумероном. Он увидел, что как только выжившие поняли, что находятся вне наблюдения Нумерона, они тут же забыли его и его мир.
Они начали свою собственную жизнь. Нумерон отметил их грех и его величие. Нумерон пожалел, что вообще когда-то кого-либо создал.
Он сказал себе: «Я не только должен держать в своих руках карающий кнут, так сказать, наблюдая за ними день и ночь, так они забыли обо мне тотчас, как покинули меня! По крайней мере, под моим контролем осталось ещё сто пятьдесят. Остальных я могу уничтожить. Я стану причиной ужасных взрывов в этом котловане. Я им покажу!»
Но Нумерон заметил, что Нумби был безупречным созданием. Он был праведным царём, по сути, его вина заключалась лишь в том, что он упал в котлован, подумал Нумерон. (Котлован Арамуз был назван так из-за множества деревьев, которые там росли, фактическое название котлована было «Большой каньон Руин Запустения номер пять»)
Он был судим и осуждён на двенадцать с половиной лет, чтобы напомнить всем в его маленьком скромном царстве о былом, но так как у Нумерона не было понятия времени, вскоре он сам забыл об этом.
Его мысли были о том, что Нумби был классным царём, но они не прислушались к его предупреждению, что царь не всегда будет мириться с их коррупцией.
Насаак Великий, однако, не считал Нумби великим царём. Для него проповеди Нумби о Нумероне были досадной неприятностью. Царство Насаака росло каждый день, постепенно заполняя всё большие участки котлована. Южный сектор занимал территорию от пустыни Зиннифлокс до Эбисимперут. Затем с южной стороны от границ Гапаланче простиралось на запад и уходило вплоть до гейзеров Неопит. Затем граница подходила к краю холма, который находился в долине Бонаблинк, которая лежит к северу от долины Буппабумджой, и спускались в долину Дунсионвонг, на юге от склона Oonja Wapoong, и уходили вниз к Боке. Затем границы продлились в северном направлении к Сабута, затем к Соусинг, который находился напротив Подъёма Инта Нины, и подошли к камню Ру Сон Лу. Они по-прежнему обходили левый «рукав» Флетчи на севере, но продолжали на южную часть Флетчи. Граница продолжалась на северной стороне Хогла-Догла, там, где граница заканчивалась у северного залива моря Стинки, она продолжалась на южном конце Гелио Хогма. Кроме того, граница проходила и по восточной стороне Гелио Хогма. Южная граница продолжалась от моря Стинки на восток. Затем граница проходила к югу от Возвышения Акакак Инзиба, по-прежнему вдоль Зиннифлокс, у его конца к югу от Радиш-Барнмолд, и достигала Хуз, по-прежнему у Итзабигги, вплоть до великой реки под названием «Mifflewimx-the-Uncrossable-Except-in-a-Couple-of-Places-Where-It-Gets-Slow-and-Shallow», и до нового клуба райзеров. Граница шла по направлению Хай Вейт до ручья Птиж и останавливалась у моря.
Что касается западной границы, она проходила по береговой линии моря Блистательного Необъятного Моря, это была западная граница.

Теперь северные границы: они шли от Блистательного Необъятного Моря до гор Пепгилтер. Они обходили горы Пепгилтер до Хотус-Келли. Затем граница шла в сторону Хнтма на север, проходила через горы на запад и заканчивалась в пустыне Каннбенс.
Затем граница продолжалась в сторону Кельп (то есть в сторону Рефлекель) в южном направлении, дальше граница шла к Атимантшу, близ холма, который находится к югу от Сургута. Далее границы поворачивали в сторону юго-запада и заканчивались у Кисло – кольца (то есть, у Sour - Knobel), города сынов Миш Капиш. И заканчивались у Блинтергуч. Это северная граница.
Теперь восточные границы достигали Эдупейтед, на юге от пустыни Брейн – Ворм, затем уходила на юг к Возвышению Куэль, проходила Брейн – Ворм, затем к югу от Радиш-Барнмолд проходила через Лари, потом к Рейбентон Перчи, в Кларксдил. По-прежнему огибая Сью-Ламп, вдоль потока Берн – Дарит, продолжаясь на север от Несомненного Мойстер, что напротив Возвышения Сурмаплит, который находится к югу от долины, и граничит с водами Хаусенплюп на юге. Далее граница поднимается на вершину горы, что находится в долине Твист Балом, что на севере от долины Гуарантап. Спускается с горы в расщелину весенних талых вод Ракнесс. Оказывается у границы Болликсинкс на севере от гор Досолки. От Досолки к Степу, спускаясь к Рипли на восточной стороне Хмхмхмхм, и продолжается к Пилохилодило (что означает «Не думаю, что всё это поместится у меня во рту») затем граница спускалась вниз до восточного склона на востоке от Моря, В Которое Часто Падали. Затем граница шла до Фибрилантина и оканчивалась у моря Стинки.
Это были земли Насаака Великого в соответствии со всеми границами и периметром.
Его процветающий город был декадентским и подлым, но спрос рождает предложение. Таким образом, население его королевства постоянно увеличивалось, в том числе и за счёт перебежчиков из «хороших» городов Нумби.
Тем не менее, ему не хватало его огромной власти и территорий, он жаждал сухой, каменистой земли Нумби. Насаак готовил захватнические походы на территорию Нумби. Нумерон знал об этом, и желал спасти Нумби. Таким образом, в один из дней он решил нанести визит Нумби и рассказать ему о катастрофических взрывах.
Нумби был один, когда явился Нумерон. Нумерон хотел выступить и перед его женой Грейс, и Нумби пошёл искать её. Подвал был затоплен, и её там не было. Нумби нашёл её на мансарде, что находилась в высоком месте, а потому была суха. Такие мансарды в королевстве Нумби называли "Izathelow". Они вместе пошли в дворик, где Нумерон сказал им:
«Нумби, я собираюсь взорвать этот котлован и всех подлых жителей его. Но я не хочу убивать вас, и поэтому я хочу, чтобы вы построили Дом на дереве, где вы сможете остаться в безопасности при взрыве». Нумерон дал Нумби план для постройки дома и указал точное месторасположение деревьев, на которых он хотел бы построить дом. Так же он дал ему весьма конкретные детали для строительства дома. «Вы должны построить дом из влажной древесины. Он должен быть разделён на прихожую, с остроконечной крышей, с шероховатым балочным потолком, с окнами в гостиной и раковиной на кухне. Все размеры указаны в развёртке».
Когда Нумби и Грейс приступили к возведению дома – на – дереве, их соседи, которые считали Нумби классным царём, начали строить аналогичные сооружения. Нумерон дал Нумби семь дней, и через это время его дом был практически окончен. К тому времени, Насаак Великий додумал план захвата и его войска двинулись маршем на столицу Нумби. Тогда король Нумби с женой Грейс вошли в свой дом, инструктированные Нумероном.
Нумерон явил катастрофический взрыв, который погубил всех в котловане Арамуз, кроме Нумби и Грейс.
Этот взрыв был вызван смещением тектонических плит. Горячие зелёные потоки заполнили всю расщелину. Нумби и Грейс наблюдали, как зелёный раскалённый поток кружился у подножия их дерева, на котором был построен их дом. Они были в ловушке. Однако Влажное дерево не горело, и они были в безопасности, если не покинут дом – на – дереве. Прошло много дней, прежде чем Нумби и Грейс оголодали.
Однажды вечером они выглянули в окно своего дома и спели Нумерону песенку:
Нум Нум Нумерон,
Дай нам пожевать – Мер – Он.
Нумерон услышал их молитву и направил огромную птицу, чтобы та свила гнездо на дереве, где был построен их дом. Каждое утро Птица сносила огромных размеров яйцо, которое падало на спящих Грейс и Нумби. Они нежно поглаживали яйцо, и оно трескалось, тогда они обнаруживали внутри пять блюд, вместе с чистой скатертью и бронзовым канделябром. Они жили там до тех пор, пока горячие зелёные потоки не охладились и не стали просто зелёными потоками. Эта новая форма местности позднее считалось лучшим местом для прогулок.
Они жили счастливо в течение многих веков. Грейс умерла одним прекрасным утром, Нумби умер через три дня после неё.

0

4

Homen (Хомен) 

Когда Куатер создал Хомена, он дал ему две короны и позволил ему самому решить, что делать со второй. Хомен создал сына Пинто Буняна, которому сразу же и отдал вторую корону. Пинто Бунян помогал Хомену во всём, что бы тот ни делал.
Хомен создал толпу существ, названных Инты. Инты были синего цвета и выглядели как маленькие жучки. Синие Инты проводили первый день своей жизни в формировании небольших шипов. Вскоре Инты были разделены на небольшие общины. Каждая община имела конкретную задачу, и все Инты данной общины способствовали достижению этой цели. Синие Инты Юга выращивали продовольствие. Синие Инты Севера строили жильё для других общин, и так далее.
Всё было мирно и спокойно, система общин работала эффективно, поэтому Пинто решил создать собственных Интов, только они уже были белыми.
Тогда Белые Инты размножились и наполнили землю, и дочери родились у них, сыновья Синих Интов увидели красоту этих дочерей и взяли их себе в жёны. Hutza Mutza был мирным в то время, и дочери Белых Интов родили сыновьям Синих Интов детей. Это были могучие Инты, известные в будущем своей силой. Белые Инты моментально смешались с Синими Интами, однако не признавали их порядков. Белые Инты пользовались плодами тяжёлой работы Синих Интов, однако не помогали им вовсе. Однажды Белый Инт бросил яйцо в Синего Инта, и началась страшная вражда
Так, Хемхемхема, из Синих Интов, собрался идти войной на Белых Интов Востока. Хемхемхема собрал 30000 Синих Интов, доблестных воинов, и послал их в ночь. И он заповедовал им: «Итак, вы должны устроить у города засаду. Не уходите далеко от города, но будьте готовы. Тогда я и все Синие Инты подойдём к городу. И когда они выйдут к нам навстречу, мы, как и прежде, побежим от них прочь. И они побегут за нами, и пока мы будем разбираться с ними вдалеке от города, потому что они скажут «Ха, они бегут перед нами, как и прежде!», вы должны выйти из засады и овладеть городом. Когда это произойдёт, вы должны будете поджечь город. Смотрите, я вам сказал».
Большинство Интов не могли понять Хемхемхема, потому что его язык был слишком художественным и устаревшим. Тем не менее, некоторые из них всё же прислушались к его словам и поняли их смысл. Даже это считалось словами Хемхемхема. И тут же они разъяснили его речь своим приятелям, которые только что пускали слюни и чесали в затылках. Тут же всех, кто выслушал разъяснение его слов, Хемхемхема отпускал, и они двинулись к месту засады, что находилось между Востоком Белых Интов и Западом Белых Интов, однако сам Хемхемхема остался и провёл ночь в трактире.
Утром, когда Хемхемхема проснулся, он разбудил Синих Интов и вместе со старейшинами Синих Интов пошёл к Востоку Белых Интов. Тогда все воины Синих Интов, которые были с ним, двинулись к передней части города, подойдя к лагерю Белых Интов Востока на севере. Теперь Белых Интов и их разделяла долина. Тогда Синие Инты дислоцировались у северной стороны города, а заднюю гвардию поставили у западных стен. В это время Хемхемхема проводил вечер у Сида Лонжа в «Гарде Спот». Когда царь Белых Интов проснулся, он увидел, что жители его царства куда-то спешат. Тогда он пошёл навстречу Синим Интам, чтобы принять их призыв к битве в пустынной долине, не зная о засаде позади города. Хемхемхема и остальные Инты притворились избитыми и бежали от Белых Интов всё дальше и дальше, уводя их от города. И не было Инта, который не оставил бы Запад или Восток Белых Интов, чтобы не преследовать Синих. Так город был оставлен без охраны.
Хомен сказал Хемхемхема «вытяни копьё своё в сторону царства Белых Интов и я отдам его тебе» тогда Хемхемхема протянул руку свою и вытянул копьё в сторону города. И воины, сидевшие в засаде, вскочили и побежали в город, чтобы окутать его пламенем.
Когда один из Белых Интов оглянулся, он увидел, как от города взвился столп дыма, но они не могли бежать назад, потому что преследуемые Синие Инты вдруг обернулись и стали их гонителями. Когда Хемхемхема и другие Синие Инты увидели дым над городом, они начали преследовать Белых Интов и убивать их одного за другим, пока не убили всех. Однако Царь Белых Интов выжил и его доставили к Хемхемхема.
Вот так каждый из Белых Интов, что преследовали Синих в пустынной долине, погибли, пав на копьях Синих Интов. Всего тех, кто погиб в этот день, включая и мужчин, и женщин, насчитывалось 12000 (всё население Востока Белых Интов). Хемхемхема не опускал руку с копьём до тех пор, пока последний из Белых Интов не будет убит. Так он сжёг царство Белых Интов Востока, превратив его в груду пепла и пустынных территорий. Царь Белых Интов был повешен в тот же вечер, на закате. Хемхемхема приказал, чтобы его тело бросили у входа в город и засыпали грудой камней, что находится там по сей день.
Однако Ичигопласти и его Белые Инты в это время сидели четырьмя группами в засаде у Юга Синих Интов. Тогда Пимента Луфа, сын Тексадрила, вышел к городским воротам и сказал «Кто такой Ичигопласти, что мы должны подчиниться ему?» И Ичигопласти и все Белые Инты, которые были с ним, вышли из засады. Когда Пимента Луфа увидел Белых Интов, спускающихся с холмов, он сказал близ стоящему Фактотрону: «Смотри, Инты спускаются к нам с гор». Но Фактотрон сказал ему «Нет, это всего лишь тени, которые кажутся Вам Интами» Пимента Луфа повторил « Вот Инты спускаются сюда, и часть их идёт по пути Предсказателя Сэндвича» Тогда Фактотрон сказал ему «Где же теперь ваша гордость, с которой вы вопрошали «Кто такой Ичигопласти, что мы должны подчиниться ему?» Разве это не те Белые Инты, которых Вы презирали? Выйдите же сейчас и боритесь с ними!» Тогда Пимента Луфа вышел с предводителями Синих Интов и начал борьбу с Ичигопласти и его войском. Ичигопласти преследовал его и Пимента бежал, многие из его войска получили ранения и падали у ног захватчиков. Затем Ичигопласти остановился у Запада Синих Интов, но Фактотрон не принял Пимента и его семью обратно, чтобы те не смогли остаться на Юге Синих Интов.
Прошёл день, как Ичигопласти вышел на поле боя. Как известно, он разделил оставшихся воинов на три группы, поставив их в засаду у города. Когда Синие Инты покинули границы города, они выбежали и убили их всех. Затем Ичигопласти и его войско разбили тех, кто выжил, так же поступили и оставшиеся части. Целый день они сражались, пока Ичигопласти не захватил город и не убил каждого Синего Инта, кто находился в нём, сравняв город с пылью.
Когда лидеры, сидящие в башне Синих Интов Юга, узнали об этом, они спустились во внутренний храм Холмаррк (или «Дверь»). Ичигопласти доложили, что все лидеры Синих Интов собрались во внутреннем храме Башни. Тогда Ичигопласти пошёл в гору Хлоресцент вместе со всеми Интами, которые были с ним, срубил топором дерево и положил его себе на плечо. Потом он сказал Интам, что были с ним «Видите? Делайте так же» Тогда каждый Инт срубил по дереву, Ичигопласти заложил древесину во внутреннюю камеру Башни и поджёг её, погубив тем самым всех находящихся в ней Интов. Всего от Синих Интов погибло около тысячи мужчин и женщин.
Затем Ичигопласти направился к юго-западной части Королевства Синих Интов и захватил их лагерь. Но в городе была крепкая башня, и все жители его, и мужчины. И женщины, спрятались там, взбежав на крышу башни. Тогда Ичигопласти подошёл к подножию башни, чтобы сжечь её. Но одна из женщин Интов сбросила с башни 16 тонн на голову Ичигопласти, раздробив ему череп. Тогда он призвал своего молодого оруженосца и прошептал ему «Ничья. Я умираю. Пойди и скажи остальным «Женщина Интов убила его!» Таким образом, Инты поразили его, и он умер. Когда Белые Инты увидели, что Ичигопласти мёртв, они разошлись по домам.
Когда Синие и Белые Инты начали бороться, так же начали борьбу и Хомен с Пинто Бунян.

Тогда Куатер вмешался и забрал у Пинто корону, отдав её в последствии последнему своему сыну, названному Арвен.

0

5

Hoborg

Куатер хотел узнать, что получится, если он станет отцом созданию с большим сердцем. Куатер назвал его Hoborg, что означает «чистое сердце».
Hoborg дали корону и поместили в скопление облаков, откуда Куатер мог наблюдать за ним с большого расстояния.
Hoborg нравилась идея о сотворении собственного мира, населённого живыми созданиями. Он знал, что тучи, вихрящиеся вокруг, станут прекрасным небом, поэтому ему просто необходимо создать землю под ним. Единственное, что беспокоило Hoborg, так это то, что некоторые из его созданий могут выйти не очень. Он хотел создать существ, с которыми мог бы жить вечно, но он не хотел заставлять их любить и уважать его. Он решил, что сотворит личностей, с правом выбора хорошего и плохого. Он думал об этом постоянно, и, наконец, решил, что создаст одного ребёнка и посмотрит, насколько хорошим он выйдет, прежде чем создавать следующего. Hoborg сделал крошечный макет будущего мира из Klay (или глины), чтобы посмотреть, так ли это будет, как он себе представлял. Он потратил около двадцати лет на разработку всех форм и цветов того места, которое он решил назвать Everhood. Ему требовалось некоторое количество Klay, чтобы создать этот мир, и единственное место, где можно было добыть Klay той чистоты и того качества, которого желал Hoborg, находилось в четырёхстах годах пути от него. Hoborg сгорал от нетерпения приступить к работе и попросил помощи у Куатера.

«Куатер, благодарю тебя за такую прекрасную корону…У меня всё замечательно, но мне было интересно…» Hoborg опустился на одно колено «Не мог бы ты помочь мне добыть Klay высшего качества?» Куатер засмеялся: « Чтобы её достать, потребуется слишком много времени! Что случилось с той глиной, которую я дал тебе раньше?» Hoborg ответил: «Мне нравится та глина, которую ты дал мне для планирования вещей, однако мне нужен более совершенный материал для существ, которых я хочу создать. Видишь ли, я хочу, чтобы они жили со мной вечно, а глина живёт в течение лишь одной тысячи лет».
Куатер был поражён: «С помощью вот этой подзорной трубы ты сможешь видеть настолько далеко, насколько тебе потребуется. Ты сможешь выбрать кратчайший путь к горе klay, сэкономив немало лет пути»
Hoborg взял трубу «О, спасибо Куатер! Ты очень щедр»
Hoborg начал своё путешествие в тот же день. Глядя в свою трубу, он мог ясно видеть горы klay, которая потребуется ему для сотворения Everhood.
Изо дня в день происходило одно и тоже: Hoborg просыпался до восхода солнца, чтобы пройти как можно дальше, пока не начнётся жара. Но прежде чем отправиться дальше, он каждое утро думал о благородстве Куатера. Hoborg, обладая глубоким, звучным голосом, пел песни о том, как хорошо, что он появился на свет. После утреннего похода, Hoborg присаживался на землю и отдыхал. Затем он возобновлял свой поход во второй половине дня и шёл по направлению к Великой горе до самого позднего вечера.

После двадцати лет путешествия Hoborg почувствовал себя очень одиноким. Вскоре он не мог двигаться дальше. Он нашёл клочок земли, на котором мог остановиться и отдохнуть. На этом клочке земли росла одинокая длинная ветвь винограда, и Hoborg устроился под ней, наслаждаясь её тенью. Hoborg был очень рад растению. Но на заре следующего дня приполз червь и напал на растение, и оно засохло. Налетел обжигающий восточный ветер, взошло солнце, опаляя белыми лучами голову Hoborg так, что тот обессилел и молил о смерти, сказав «Смерть лучше, чем моя жизнь».

Hoborg не мог ничего сделать, и просто остался там. Бесцельно, он начал царапать землю там, где он лежал. Потом он сказал «Скобление лучше для меня, чем смерть». Это была высушенная под палящим солнцем почва. Его пальцы сгибались, поднимались и растягивались, снова сгибались, поднимались, растягивались, сгибались, поднимались, растягивались, царапая без устали. Его пальцы сцарапывали тонкий слой пыли и крошек каждый день. Чтобы соскоблить всего несколько зёрен пыли и песка, требовалась неделя, прежде чем пальцы не сорвутся о плотный нетронутый покров. Всё больше и больше грязи скапливалось под его ладонью с каждым месяцем. За прошедшие несколько лет он только и слышал, что звук скребущих пальцев, шорох земли и собственное дыхание. После того, как под его рукой оказалось достаточной количество грязи, он схватил её, плюнул и начал мять, мять, мять и мять, пока руки его не побелели, а костяшки не хрустнули. Hoborg сел и посмотрел на свою ладонь. В ней лежал комок грязи.

Тогда червь, который напал на лозу винограда, высунул голову из-под её иссохших ветвей и восхищенно присвистнул «Бог мой, что за чудный комок грязи у тебя там!». Он осмотрел Hoborg с головы до ног и спросил: «Это сделал ты?»
«Да, это сделал я», - ответил Hoborg.
«На твоём месте», - сказал червь, - «я бы остался здесь и сделал больше комков грязи. В них можно вдохнуть жизнь и создать из этого куска грязи существ. В конце концов, видишь ли ты эту гору Klay через трубу, которую дал тебе Куатер? Или ты просто хочешь видеть её, потому что Куатер сказал, что это возможно?»

Hoborg ответил: «На самом деле, Куатер сказал, что через трубу я смогу найти кратчайший путь к горе Klay, сэкономив тем самым немало лет пути. Но я путешествую уже так долго…»

Тогда червь сказал Hoborg: «Ты не сэкономил ни минуты за всё своё путешествие. Ты никогда не видел Klay, и я удивлюсь, если Куатер когда-либо видел Klay?» Когда Hoborg подумал об этом, он начал задумываться. Существует ли такая вещь, как Klay? Он только слышал о нём и никогда не видел ничего подобного. Тогда Hoborg посетила мысль. Конечно, ему потребовалось много лет, чтобы наскрести комок грязи, но у него впереди ещё много времени и здесь достаточно грязи, чтобы оставить свою миссию на гору Klay. Или же он может продолжать свой путь, не зная даже, достигнет ли он когда-либо своей цели. Он более пристально взглянул на комок грязи и создал существо-комок, какими он мог бы населить этот клочок земли. Конечно, придётся много плевать, но Hoborg придумает, что с этим можно будет сделать. Теперь он мог скрести обеими руками, чтобы сэкономить время. Но для начала, он должен закончить своё комкообразное создание.

Hoborg поставил колени вместе. Отвратительный кусок грязи вытягивался, а затем начал проявлять признаки жизни, делая сложные разболтанные движения. Он был страшен; но самое страшное, это то, что он был ужасающей, высмеивающей пародией на изысканный механизм жизни собственного Творца, Куатера. Успех ужаснул Hoborg; охваченный ужасом, он выбросил своё одиозное творение так быстро, насколько мог. Он надеялся, что, покинув его, слабая искра жизни, возникшая в ходе такого омерзительного одушевления, исчезнет в мёртвой материи. Hoborg лёг спать в надежде на то, что немая могила прекратит существование мерзкого куска грязи, на который он однажды взглянул, как на колыбель жизни. Он спал, но во сне он проснулся, и открыл глаза: он увидел ужасное создание, что стояло у виноградной ветви (во сне Hoborg она снова выросла), которое смотрело на него отвратительными жёлтыми, сочащимися пеной, но любопытными глазами.

Hoborg проснулся (по-настоящему) и ужаснулся, потому что увидел вдали нечто, которое приближалось к нему и росло с каждой минутой. Сначала он подумал, что это комок - твари возвратился к нему, но когда оно приблизилось, Hoborg увидел, что это было куда больше, чем ком грязи. Прошло ещё некоторое время, прежде чем существо приблизилось настолько, что Hoborg сумел его рассмотреть. Сначала он увидел небольшой кусочек земли с небольшим домиком с красной крышей на нём. Затем он заметил огромного робота, несущего клок земли, и небольшое создание, сидящее на нём. Hoborg понял, что они сейчас пройдут мимо него, если он срочно что-нибудь не предпримет. Он снял с талии пояс и сделал лассо. Hoborg понял, что его ремня не хватит и от отчаяния, он проникнул рукой в свою грудную клетку, свернув из неё что-то наподобие змеи, чтобы удлинить своё лассо. Длины этого изобретения оказалось достаточно, чтобы зацепить кусок земли, когда верёвка уже натянулась до предела. Большой робот посмотрел на Hoborg и показал пальцем ему на грудь «Мояяяя Бил. Моя Бил».

Hoborg помахал ему и сказал: «Моя Hoborg. Я Hoborg».

Маленькое создание (чуть ниже Hoborg и в пятьдесят раз меньше Била) указал на грудь Hoborg и сказал «Я думаю, он показал, что с твоим торсом большой ой-ой-ой!»

Hoborg не заметил, что из щели, которую он создал в своей груди, сочатся внутренности. «Хорошо, Куатер! И что мне теперь делать?»

Небольшое создание сняло с себя пояс и отдало его Билу, чтобы тот протянул пояс вниз, где находился Hoborg. Создание спрыгнуло с руки Била и подошло к тому месту, на котором, медленно теряя сознание, сидел Hoborg. Создание сказало «Я Вилли», и начало стягивать разваливающуюся от самостоятельно нанесённых ран грудь Hoborg собственным поясом.

Hoborg положил руку на плечо Вилли и сказал: «Здравствуй, Вилли, меня зовут Hoborg и ты только что спас мне жизнь! »

Но Вилли, кажется, не понял сути сказанного. Hoborg понял, что Вилли не совсем вменяемый, однако оттого был благодарен ему не менее.

После нескольких дней отдыха Hoborg решил продолжить свой путь. Он спросил у Вилли и Била, не хотели бы они последовать с ним. Бил просто протянул своё «Мояяяя Бил», а Вилли что-то бормотал себе под нос.

Hoborg успел полюбить своих друзей, но, видя, что они не желают разделить с ним его трудный путь, со слезами распрощался с ними. Он с удивлением обнаружил, что когда он уходил, Бил и Вилли последовали за ним. Когда Hoborg понял их намерение, его переполнило счастье. Так он продолжил свой путь к Klay.

Большой Робот Бил (Hoborg узнал его полное имя, поскольку оно было выгравировано на подошве ноги) оказался весьма полезным для перевозки Вилли и Hoborg, а также небольшого домика с красной крышей, находившегося над каньонами на высоченном подъёме. Пока Робот Бил их нёс, Hoborg заметил, что у него был переключатель с положениями «Хорошо» и «Плохо». Hoborg не рискнул узнать, что будет при переключении на положение «плохо» и предпочёл учесть эту не совсем удачную попытку собственного выбора между добром и злом при создании собственных существ.

В течение трёх лет они достигли Klay. Это была гора чистейшей Klay во всей Вселенной, такого качества, которого не мог себе вообразить не только Hoborg, но и, пожалуй, даже Куатер. Он наполнил свою корону несколькими кусочками Klay, Вилли и Бил тоже взяли несколько, чтобы помочь ему. Общего количества, как посчитал Hoborg, должно было хватить на создание Everhood и около двух тысяч существ.
На обратном пути туда, откуда Hoborg начал своё путешествие, к троице «присоединился» Тикбергер. Тикбергер – это что-то противное и липкое, от чего Куатер заповедовал бежать. Hoborg крикнул Билу, чтобы тот схватил его и Вилли, и бежал. Тикбергер был создан таким, что всегда хотел того, чем обладают другие. Когда он увидел, что у них есть куча Klay, то облизнул губы и закричал «klaaaaaaaay!!!»
Билл бежал так быстро, насколько мог, но его скорости не хватало, чтобы оторваться от Тикбергера. Кодовая панель с именем Била на его подошве была снята острым, как бритва, когтём Тикбергера. Hoborg увидел, что Бил замедляется, и они погибнут, если что-нибудь срочно не предпринять. Hoborg сбросил все запасы klay вниз. Оставшихся запасов было достаточно, чтобы создать Everhood и ещё около пятиста существ. Дело в том, что как только Hoborg сбрасывал klay, Тикбергер тут же слопывал её, хотя всё ещё был близок к Билу. Hoborg нервно сбросил ещё klay, и на этот раз Тикбергер съел её, существенно замедлившись. Однако Билл тоже бежал всё медленнее и медленнее. Ждать больше было нельзя.

Hoborg решил, что будет довольствоваться небольшим мирком примерно с двадцатью существами. И хотя количество сбрасываемого klay было совсем небольшим, это существенно сократило его планы. На этот раз он сбросил Klay вниз и Тикбергер слопал их и на этот раз, однако не мог продолжать погоню, потому что был полностью нафарширован Klay.

Бил продолжил идти, руководимый Hoborg, держа небольшой домик с красной крышей на плече, где Вилли и Hoborg могли ездить и жить вместе. После многих лет путешествия, Hoborg вернулся и был готов построить Everhood, в котором мог бы жить вечно…

Пока кое-что не пошло не так…

0

6

Арвен.

Арвен представлял собой гладкое и быстрое существо, которое создало тысячи существ сразу же после того, как получил собственную корону. Помимо короны, на затылке у него был аэродинамический плавник, поэтому он был так быстр.

Его стиль создания быстр: взять, создать, уйти. Он не ведёт учёт миров, которые создал, так же, как и не считает существ, которым дал жизнь. Куатер создал Арвена тихим, спокойным, тощим и серьёзным. Арвен говорил лишь тогда, когда творил своих созданий. Куатер хотел создать существо, которое заполнило бы Вселенную множеством миров и существ. Арвен даже не тратил время на создание существ, решив создать несколько, которые будут иметь возможность творить сами. На сегодняшний день Арвен создал семь миров, в которых обитают его существа:

НОРДО – это мир, состоящий из группы семи планет, на каждой из которых проживает отдельная цивилизация. У жителей каждой планеты своя мифология с одним общим элементом семи борющихся между собой планет. Но этого никогда не происходило в реальности. Это позволяет различным расам семи планет опасаться друг друга, хотя нет никакой для этого необходимости.

Вот эти семь планет:

Индзнак – здесь проживают Scullmonkeys. Scullmonkeys представляют собой обезьян с черепами вместо голов. Целый день они проводили в гиперактивной и нервной погоне друг за дружкой. Хотя Scullmonkeys, быть может, и понравилось попугать молодняк с других планет, но они не имели такой возможности, потому между мирами не было связи. По этой причине транспорт для исследований был главной проблемой для Scullmonkeys поумнее. Альфа Джо, вожак Scullmonkeys, выражает надежду на то, что когда-нибудь им удастся создать корабль для полётов между планетами, чтобы попугать инопланетную молодёжь.

Однажды, когда Альфа Джо был обеспокоен созданием большого пандуса для запуска большой ракеты, его помощник, Волосатый Джо спустился к большому форту, решив отдохнуть у сливной дыры. Он хлебнул чистой воды и взглянул на себя, размышляя. Он запустил пальцы в глазницы, представляя, как бы он выглядел, если всё это было бы покрыто плотью.

«Я очень уродлив» подумал Волосатый Джо.

Это было странно, потому что большинство Scullmonkeys не беспокоились о собственной внешности.

«По этому я должен прыгнуть в воду и покончить с собой» сказал он, и прыгнул.

Его тело совершило громкий всплеск, прежде чем он почувствовал, как холодная вода касается каждой клеточки его кожи. Его волосы насытились водой, пока пузырьки воздуха, задержавшиеся между ними, не прошли сквозь них и не поднялись наверх. Волосатый Джо выдохнул и провалился глубже, возможно, так глубоко, куда не падала ещё ни одна Scullmonkey. Невесомый, он перестал двигаться и сопротивляться несущим его водам. Тёмные воды закружили его, и он вспомнил о своей молодости. Волосатый Джо вспомнил один из пренеприятных дней своей молодости, когда ему, ещё совсем пареньку, старейшина племени Scullmonkeys Лоу Джоу преподал урок.
«Много волос на нашей спине» - сказал Лоу Джоу, - «как и много Scullmonkeys в этом мире»

Волосатый Джо взглянул тогда на Лоу Джоу как на отца. В течение нескольких недель Волосатый Джо делал всё то же, что делал Лоу Джоу. Если Лоу Джоу шёл в лес за ягодами и орехами, Волосатый Джо делал то же. Если Лоу Джоу работал в саду, Волосатый Джо делал так же.

Арнод – здесь проживают Ррс. Ррс наблюдают за цивилизациями с других планет в надежде найти в них то, что знают о своей планете. Это вряд ли возможно, однако, они находят утешение в научных разработках и их жутком применении. Ррс особо продвинулись в интеллектуальном аспекте, что позволяет им читать мысли других существ. Каждое поколение Ррс производит Омега Рр. Омега Рр это такой способ контроля над умами, который может изменять свою действительную форму, становясь физическим порталом между мирами. Это не входило в планы Арвена, и только поэтому Куатер обратил на это своё внимание. Однако Ррс были остановлены лишь после того, как несколько Интов, Scullmonkeys и даже самих Ррс поселили на других планетах.

Баак – населён Half – Scullmonkeys, которые составляют половину Синих Интов. Названные «Синие – Инты - Scullmonkeys», внешне они похожи на Белых Интов, скрещенных со Scullmonkeys, скрещенных с Синими Интами, потерявших естественную пигментацию. Не существует никакого визуального эффекта, по которому можно определить потомство Scullmonkeys, хотя они больше похожи, в сравнении со Scullmonkeys, на сообщество Синих Интов.

Гухрли – населён Прото – Scullmonkeys. Эти жалкие существа вынуждены закапывать себя по шейку в богатые почвы Гухрли каждый вечер, чтобы не умереть от обезвоживания. Они могут питаться только Хо – хлебом , который получается путём перемалывания останков наиболее крупных WX, после добавления Хо – масла, прежде чем они дойдут до готовности (Арвен исправил это в заключительном варианте Scullmonkeys). У Гухрли есть месячная орбита, которая пролегает так близко к WX, что Прото – Scullmonkeys могут собирать урожай самых полных WX для своего Хо – хлеба.
В связи с притяжением Прото – Scullmonkeys к земле Гухрли каждый вечер, колонизация WX на Гухрли исключена.

WX – заселён WX. WX жирные, пушистые и желтоватого оттенка. WX размножаются бесполым путём и довольно часто, что создаёт проблему переполненных тюрем, если Прото- Scullmonkeys не начнут вовремя их заготовку.

Хапсборг – заселён одним Рр и Scullmonkey, которые стали лучшими друзьями. Рр зовут Ррхеостан, а Scullmonkey зовут Маззимоаст. Их первый год на Хапсборг был очень эмоциональным. Из-за мифа борьбы между семью планетами, они опасались друг - друга, но всё же были одиноки и стремились к общению. Ррхеостан был не похож на остальных Рр, и хотела изучить повадки и поведение Маззимоаста. Он потратил много времени, следуя по пятам за Scullmonkey, изучая его следы и испражнения, чтобы узнать, что он ел, разглядывал деревья, чтобы узнать, где он жил. Они обнаружили, что, только помогая друг другу, они смогут получить шанс на выживание и счастье. И хотя они были очень активны в первые сто лет дружбы, сейчас они просто сидят у своих домов, обиженные из-за грубых историй, рассказанных в первое столетие своей дружбы.

Янко – здесь проживают потомки Майи Кеа. Майи Кеа было предначертано жить на Хапсборг, хотя нет ни одной записи, подтверждающей его существование. Янкитсы (жители Янко) довольствуются тем, что занимаются национальным искусством Майи Кеа. Возможно, великолепнейшие произведения искусства, известные Куатеру, созданы Майи Кеа, поэтому нет никого, кто, положа руку на сердце, мог бы утверждать, что Майи Кеа не существует.

Шесть других миров, созданных Арвеном:

ПЛАЗМО – это огромное облако существ настолько малых размеров, что их нельзя разглядеть невооружённым глазом. Рр прогнозируют, что они обладают сознанием.

АЛЬФАТИК – это мир Р’Госс. Каждое последующее поколение рождается крупнее, чем предыдущее. Когда поколение Р’Госс становится старше, от них можно услышать такие реплики « Эти панки думают, они настолько огромны!» или « Когда я был в вашем возрасте, мне приходилось вставать на стул, чтобы достать до горшка фондю на верхней полке кухонного стеллажа»
Дома своих предков не пригодны для молодёжи – они просто не пролезают через парадные двери.

АЛЬПА ФАМАЛЬПА – это мир, где взрослые были управляемы своими детьми. Дети правили родителями, которые тратили слишком много времени на решение несерьёзных задач, но которые теперь не думали ни о чём, кроме того, что пожелают их дети. Можно подумать, что такое общество постигнет коллапс и всё перерастёт в анархию. Но для того, чтобы удовлетворить прихоти своих детей, Альпаренс (или родители) разрабатывали всё новые технологии. Например, когда ребёнок, глядя на вечернее небо, воскликнул « Я хочу разглядеть эту белую точку, что светиться наверху!» и закатил истерику, его Альпаренс работал день и ночь, пока не изобрёл телескоп. Когда другие дети увидели его, они захотели такой же – так был открыт телескопный завод. Аналогичных образом достигались все успехи АЛЬПА ФАМАЛЬПА.
В семьях АЛЬПА ФАМАЛЬПА обыкновенно было от одного до трёх детей, редко больше. Ребёнок, будучи дитём, мог сказать «да», когда его спрашивали, если хотели родить ему сестрёнку или братика. Он не понимал, что ему придётся разделить власть над Альпаренс со своей сестрой или братом, так как Альпаренс были послушны для всех своих детей. Этот ребёнок уже не обманется, если его во второй раз спросят, хочет ли он братика или сестру. Когда старшие дети взрослели, их уже не спрашивали об этом, а обращались к младшим (если, конечно, первенец не разболтал младшенькому об опасности, которой угрожают маленькие братики и сестрички). Если в семье рождается третий ребёнок, первые двое редко когда позволяли Альпаренс обратиться со злополучным вопросом к малышу, если хотели ещё детей.

Помогая Хомену, Арвен создал мир ФЛИМБИ для Белых Интов. Большинство из них были забраны Арвеном к себе, поэтому Синие Инты получили шанс на мирное проживание. Выживание Белых Интов зависело от трудолюбия Синих Интов, поскольку Белые Инты были беспомощные жуткие лентяи. Чтобы выжить в мире без Синих Интов, более умные Белые Инты (так называемые «Роглинг») проводили хитроумные махинации с менее умными Белыми Интами (так называемыми «Хаблинг») для «преобразования» их в Синих Интов. Вот одна из сказок о том, как Роглинг превращал Хаблинг в Синего Инта:

Однажды ночью Папто, устав бродить в лесах ФЛИМБИ, увидел свет в окнах хижины резчика по дереву. У Папто не было собственной хижины, потому что он был слишком ленив, чтобы построить себе одну. Он подумал подойти ближе к дому, чтобы Инты внутри него приняли Папто и оставили жить здесь, поэтому он подошёл к двери и постучал.
Жена резчика по дереву открыла дверь и сказала «О! Я никому не позволю появляться здесь, пока моего мужа нет дома! Уходи уже давай!» и захлопнула дверь перед его носом.
Папто был голоден, очень голоден, а из домишка доносились ароматы свежеиспечённых блюд, а дверь была открыта… Он решил всё-таки поесть, и, оглянувшись, заметил отбрасывающееся окошко на крыше сарая. Он надеялся, что хозяин ещё в поле, а если даже нет, то соус, хранящийся на чердаке сарая, будет очень вкусным. После уверенного восхождения на крышу, Папто нашёл на ней отверстие, через которое мог шпионить за женой резчика. Очевидно, резчик был слишком ленив, чтобы залатать дыру в крыше. Папто видел прекрасный стол, сочное жаркое, рыбу в кляре и вино. Жена резчика и местный блюститель порядка были готовы приняться за ужин.
Тогда Папто, впрочем, как и жена резчика, услышали громыхающие шаги резчика, возвращающегося домой. Он был таким прекрасным парнем, что вы бы обязательно захотели с ним встретиться, однако блюститель порядка был иного мнения. Поэтому он приходил к его жене лишь тогда, когда резчика не было дома, и прекрасная женщина приготовит лучшие блюда, какие только умеет готовить. Папто смотрел с крыши, как жена резчика вынесла всё, что было на столе в шкафы и буфеты, а самого резчика запихнула в комод у журнального столика.
«Что вы делаете у меня на крыше?» - спросил резчик. «Не лучше ли будет спуститься и отужинать вместе со мной, а потом прилечь в комнате для гостей?»
Папто забрал с собой с чердака какую-то коробку, и спрятал её с глаз долой. Жена сделала вид, что очень рада их приходу, накрыла стол и дала каждому из них большую чашу Торивит (паста серого цвета). А тем временем Папто всё думал о куске жаркого, рыбе в кляре и других деликатесах, которых он видел. Тогда он достал свою коробку и начал открывать – закрывать её по нескольку раз.
«Что у тебя там?» спросил резчик.
«Это мой Проводник Духов» ответил Папто. «Он говорит мне – не ешь эту Торивит, здесь есть кусок жаркого, рыба в кляре и другие деликатесы, и всех их Проводник Духов спрятал в шкаф». «Супер!» воскликнул резчик, доставая спрятанные женой продукты, которые, однако, по его мнению, были дарованы Проводником. Жена его не осмелилась произнести ни слова, пока продукты выкладывались на стол. Тогда Папто вновь приложил коробку к уху и открыл – закрыл её.
«Что он сейчас сказал?» спросил резчик.
«он говорит – не забудьте вино в нижнем ящике»
Тогда Папто и резчик распили вина.
«Может ли Дух стать видимым для нас?»- спросил резчик. «Я не смогу успокоиться, пока не удостоверюсь в его существовании, иначе я похожу на сумасшедшего!»
«Ну конечно!» сказал Папто. «он сделает всё, что я ему скажу» Он приникнул к коробке «дух сказал – да. Но Дух очень уродливый, нас, возможно, стошнит, если мы будем смотреть на него так скоро после еды»
«Так разве кто-то боится чуть-чуть блевотины?»
«Ну, знаете, он может быть даже похож на местного блюстителя порядка»
«Буэ! Какая гадость! Я всегда впадаю в ярость, как только вижу местного блюстителя, но я буду держать себя в руках, если буду точно уверен, что это Проводник Духов»
Тогда Папто открыл коробку и прошептал в неё что-то.
«очень хорошо» сказал Папто. «Он в комоде у журнального столика. Мы можем взглянуть на него сейчас, но держите себя в руках!»
«Помогите мне держать крышку» - сказал резчик. И они открыли комод, куда жена его спрятала Блюстителя порядка. Они открыли крышку и заглянули внутрь, после чего резчик захлопнул её.
«Ого! Он уродливый! Буэ!»
После этого они решили, что нужно выпить ещё. Они открыли ещё один ящик и обнаружили там вино.
Позднее, резчик сказал « Ты должен продать мне Проводника Духов. Просите сколько нужно. Я всё заплачу» .
«Нет, я никогда этого не сделаю!» вскликнул Папто. «Подумайте, чего я могу добиться, используя его»
«Но я так сильно хочу этого Духа» ответил резчик «О, пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста, о, пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста. О, ну молю вас, пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста, о, пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста!» - кричал резчик, продолжая попрошайничать.
«Ну,» - сказал Папто, наконец, - «Если вы пообещаете, что ты и твоя жена будете работать на меня, как Синие Инты, на протяжении трёх лет, а, пожалуй, отдам тебе этого Духа»
«Так-то лучше!» Ответил резчик. «Но вы должны забрать с собой тело Духа, похожее на нашего блюстителя – меня до сих пор бросает в дрожь»
Перед тем как уйти, Папто, как и обещал, забрал комод с собой. На своём пути, у самого края леса, он встретил глубокие реки. Воды бурлили под мостом, взрывая тишину леса.
«Вот так!» сказал Папто «Я устал! Это тело вполне сходит по весу с телом моего братца. Мне кажется, я сумею сбросить его в реку, и если он приплывёт ко мне домой – здорово, а
если нет – то ничего страшного»
с этими словами, он слегка приподнял комод.
«Аааааа!» закричал блюститель порядка внутри ящика «Позвольте мне сначала выйти!»
«Аааааа!» закричал Папто, изображая испуг. «Дух ещё там! Я лучше сброшу его побыстрее, чтобы утопить его раз и навсегда!»
«Нет, нет, нет!» крикнул блюститель порядка. «Я буду служивать вам как Синий Инт на протяжении трёх лет, если вы отпустите меня!»
«Я так и сделаю!» сказал Папто. В течение трёх последующих лет он и пальца не поднял.

Не так много известно о ЭЛБИТО, кроме того, что это близнец ФЛИМБИ, и что она лежит в глубине огромного залива жёлтой плазмы. Космические токи моментально отгоняют плазму прочь от себя, и именно по этим признакам наблюдатель может узнать ЭЛБИТО.

СУМП – это мир, состоящий из группы полых планет, находящихся внутри друг друга. В том числе: на внешней Джинн проживают WX примерно в миллион раз больше, чем на самой планете WX. Поскольку здесь нет Прото – Scullmonkeys, собирающих их каждый месяц, то примерно половина населения гибнет от того, что их задавили коллективным весом.

МЕЦЦО АБЕРНУН – здесь проживают Абберы. Абберы подозревают, что существует мир выше их Потолочного Неба, потому что иногда WX просачивались сквозь расщелины в каркасе Неба, но это недоказанная теория. Некоторые Абберы просверливают землю внутрь, в попытке обнаружить Внутреннюю Абернун. Эти путешественники, однако, не возвращаются на поверхность, чтобы подтвердить свои догадки. Это позволило большинству Абберов отказаться от попытки путешествия, но не всем.

Абберы делятся на три касты. Во-первых – интеллектуалы, любознательная каста, названная Френкитс. Во-вторых – воинствующие, названные Аббер Деззитс. В-третьих – религиозная каста, названная Ии. Френкитс тратят своё время на обнаружение и исследование иных миров МЕЦЦО АБЕРНУН – Внешнюю Джинн и Внутреннюю Абернун. Френкитс не пользуются уважением среди Деззитс и Ии. Они обвиняют Френкитс в баловстве с их религиозной мифологией. Деззитс считают Френкитс сборищем женоподобных мужиков. Френкитс и разработали теорию о существовании внешнего мира над Потолочным Небом по протекающим сквозь щели WX. У Абберов нет возможности подниматься к каркасу Потолочному Небу и очищать его от сгнивших останков WX, которые иногда падали вниз омерзительными кусками плоти. Френкитс создали науку, которая изучала тела, падающие с небес. Они сформулировали множество теорий, например, о том, что над ними существует ещё один мир.
Теорию мира назвали «Гипотеза Crankules о Внутреннем Абернун». Её назвали по имени Crankules, который считается первым Аббером, который сказал « Интересно, а сеть ли мир в нашем мире?» Френкитс организовывали экспедиции в пещеры, трещины, развилины в земле. Большинство экспедиций приходило в тупик. Были и те, кто никогда оттуда не возвращался. Однако это обстоятельство только поддерживает теорию о том, что на Внутренней Абернун существует Дверь на другую сторону. Хотя некоторые Френкитс считают Дверь нечто особым, но большинство согласно, что там может быть некая дверь во Вселенную. Деззитс считают исследования Френкитс в области Двери их единственно общественно-полезным делом.

Ии тратят время на достижение знаний мифологии. Некоторые Ии были последователями Отца, некоторые – последователями Куатера, некоторые – Арвена. Некоторые были последователями Отца и Куатера, некоторые – последователи Куатера и Арвена, некоторые – Отца и Арвена, а некоторые были последователями всех троих вместе: Отца, Куатера, Арвена.

Большинство Деззитс ничего не хотят делать с Дверью на другую сторону. Хотя им было бы очень интересно, если бы кто-нибудь нашёл дверь в мир, который они могли бы победить.

Аббервабббер – видный первосвященник Ии. Капангдазз, воин Деззитс, однажды предпринял попытку покушения на него, в связи с доктриной мира, оглашенной Аббервабббер, которая, по его мнению, угрожала жизни воина.

Внутренняя Абернун считается пристанищем Двери на ту сторону. У всех Аббер культур своя мифология со специфическим названием, означающим, что это за мифология есть. Вот некоторые из наиболее популярных:

Lipocarrutherrs – Дверь – это всё вокруг нас. Это мифология Двери небольшой группы Френкитс названных Рикс. Они считают Дверь естественным последствием эволюции всего живого. Они любят ходить в Eubendy леса и обниматься с Eubendy деревьями. Рикс желают слиться с природой, чтобы увидеть Дверь, До тез пор, пока ты не станешь с природой единым целым, ты, мол, не сможешь видеть так, как видит природа. А по теории Рикс, Природа видит всё.

Winthrrop Ballyhoo – Мы уже прошли через дверь. Это одна из мифологий в среде Ии. Эта группа Ии называет себя Марфис. Они беззаветно уверены в том, что Дверь существует, более того, они считают, что все мы прошли через дверь в одно из мгновений прошлого. Марфис говорят, что, раз мы уже прошли через дверь, то нет необходимости искать её.

Shempocalrrisian – Каждый из нас имеет Дверь в себе самом. Это также мифология группы Ии, называющих себя Shempocalrrisianites. Она говорит о том, что Shempocalrrisianites нашли дверь, но не прошли в неё. Вместо этого они пытаются найти земное сущее двери, которая, согласно мифологии, ведёт к источнику питьевой воды на Меццо Абернун. Shempocalrrisianites используют эту воды в обрядах с участием детей.

Rrmbek – Мы найдём Дверь только тогда, когда совершим требуемое количество добрых дел. Как ни странно, это мифология не Ии, а Френкитс. Часть Френкитс, называемых Джабберами, считают, что это псевдо-научный миф, зарождённый очень давно. Идеи Джабберов были безумны и несли в себе целый букет псевдо – богословских ноток. Те, кому было нечего делать, вступали в споры с Джабберами, и единственным аргументом их было «Слушайте, слушайте!» Хотя Джабберы обучались во Френкитс школах, они посещали их довольно эпизодически. Большую часть своего времени юный Джаббер тратил на поиски мнимого клада, а также на разработку поддельных денег, которыми платил одноклассникам, чтобы те делали за него домашнюю работу. Последним сокровищем, которое пожизненно искал каждый Джаббер, было то, что он позже находил в мифологии Rrmbek. Джабберы считают, что после того, как сделаешь достаточное количество добрых дел, тебе достанется пара рентгеновских очков, сквозь которые можно увидеть дверь. Джабберы считают, что только истинные последователи Rrmbek являются доказательством существования Свитков О Двери (которых, кстати, тоже никто никогда не видел). Тот факт, что они исчезли, как пишут Джабберы, доказывает то, что некоторые по ним получили очки и, следовательно, уже нашли Дверь. Однако пока ещё не было найдено ни одного пропавшего последователя Rrmbek.

Prrokoschmoko – Жизнь дерьмо; и останется такой же, даже если ты пройдёшь через Дверь. Эта мифология имеет слабую поддержку среди всех трёх каст Аббер.

Klarrczmun – Кто-то очень хороший давным-давно создал Дверь, и только очень хороший Аббер может через неё пройти. Прежде чем пройти сквозь неё, Очень хороший Аббер должен рассказать о своей находке другому очень хорошему Абберу, то есть право пройти сквозь Дверь передаётся из поколения в поколение. Они предлагали присвоить праву на вхождение в Дверь государственное значение, чтобы каждый мог найти её, если идёт правильным путём. Для этого нужно хорошо себя вести, чтобы когда-нибудь, кто-нибудь такой же праведный, как и ты, перед тем как пройти в Дверь, показал её тебе. Эта мифология также имеет слабую поддержку во всех трёх кастах Аббер. Они назвались Klarrczmun. Ключевым моментом мифологии является поиск праведника, который покажет им Дверь. Эта мифология рассказывает об Аббере Klarrczmun, который жил по соседству с Toogabberg, и Toogabberg показал Klarrczmun Дверь. Так как у Klarrczmun был мощный степлер, он сумел прицепиться к Toogabberg. И когда Toogabberg прошёл сквозь дверь, он прошёл вместе с ним. Таким образом, Абберы, поддерживающие религию Klarrczmun, ищут праведника, к которому смогут пристеплериться. Если Klarrczmun попытается их от себя отодрать, они будут прицепляться друг к дружке. Как правило, друзья помогают цепляться за Klarrczmun, но если они завесят его рядами, у Деззитс есть отдел полиции по их устранению.

Burrntoowie – Арвен создал Дверь и запретил подходить к ней под страхом смертной казни. Также он запретил кому-либо говорить о ней, а также смеяться над её недоступностью.

Flimperrty – Дверь была создана для прохода на Внутреннюю Абернун клептоманом Мерлопаксом. Существует множество легенд о Мерлопаксе, которые поддерживаются особо ленивыми Абберами, которым лень участвовать в любой из каст. По одной из легенд, Мерлопакс покинул Меццо Абернун, унеся с собой Дверь на другую сторону, а потом проиграл её Мерлопаксу – мошеннику.

Appilow Pinsmarr – Дверь – это подарок Отца. Никто не сможет найти её, только Отец может показать Дверь нам. И тогда нам предстоит решить – стоит ли проходить через неё.

Innagorradavida – Её найдут лишь те, кто погибнет во время битвы смертью победителя. Это любимая мифология Двери среди Деззитс.

Jyan't Rroeb't – Дверь – единственное, что реально, Абернун – это лишь сон.

Tingleyspald – Дверь была создана гигантской черепахой.

Rroy Al - только 3667 Абберам разрешается пройти через дверь

0

7

НОСТАЛЬГИЯ

0

8

даа)

0

9

помню с какой НЕНАВИСТЬЮ я ходила по этим стенам.

0

10

так есть код, спомощью которого можно ходить у 2 раза быстрее)

0

11

я знаю.
но я не использую читы в играх.

0

12

почему?

0

13

ОттО? Я хочу Отто!!!!

0

14

не перевели ещё(

0

15

эээээ)
Так может быть я смогу перевести?

0

16

даю оригинал!!!

Quater made a king named Ottoborg, designed to be happy and full of joy all day.

Robots were a subject that Ottoborg had done a lot of research on, so it was only natural that he made three robots to help him make seven little houses. The robots names were Appie, Togor, and Bil. Appie was good at digging. Bil was good at building and Togor was good at painting; that is why it is said today that if anyone is a good painter, he is "Togor".

In a very careless way, Ottoborg made seven boys to live in his new houses. The boys names were Hypen Nupen, Petri Alfonzo, Willie Trombone, Aloh Al, Derradious Hapsicom (who's nickname was Creeker), Hondo and Ed.

Ottoborg's sons were easily identified by the loop formed on the top of each of their heads. Sometimes when they walked along they would hook their head-hoops on branches and hang there for days. Petri was so tired of getting his head hooked onto things that he cut his own head off, which proved to be fatal.

Ottoborg had forgotten to hold his world together with gravity, so one day his world fell apart in chunks and his seven sons and three robots floated aimlessly across creation.

Hypen's chunk of land got caught in the tail of the comet Pyrageorge (named Pyrageorge because it decreased in size during each orbit). The tail of Pyrageorge was full of seeds because the comet once passed through the atmosphere of the planet Berpie.

Hypen cultivated his chunk so that he could grow flowers. He loved flowers and how happy and festive they can make a place. Often, he would make a wreath of some of the flowers to decorate the loop in his head. Since he was the only one of his brothers with a nose, it seemed especially fitting that this is where Hypen Nupen's chunk of land should be. He grew an extraordinary amount of flowers, but after a few years it was not enough to satisfy his growing craving for flowers. His deepest, burning desire was to be King of Flowers, to have no rival in growing flowers. He actually did not know of anyone else who was growing flowers, but his unfettered imagination went wild and he thought that there must be others who were cultivating and growing huge fields of flowers on the many planets and worlds he passed.

Year after year Hypen worked the soil of his chunk of land to try and get it to produce more and more flowers. He developed fertilizers and plant foods. He grew nothing but flowers, though there were plenty of other types of seeds he could have planted. If he did notice some other type of plant growing amongst his flowers, he violently ripped it from the ground, cursing it and tearing it to shreds then throwing it onto his compost pile. It was so upsetting to him that he would have to lie down for a nap afterwards. But no matter how many flowers the land produced, it was never enough for Hypen.

It almost seemed that the chunk of land was desperately trying to please its obsessed master, straining itself year in, year out, to produce more flowers than it had the previous season. For many centuries, in fact, it did out-perform itself; each year a dozen or so more flowers were produced. And Hypen would ask, "Is that all?" Then the yield began to decrease. The land was simply over-worked and it needed to rest. Hypen reacted by pressing the land harder and harder to yield more. He was aggravated to no end.

The more he did to increase the yield of flowers, the less the land was able to produce. Eventually, as each season went by, the yield decreased first 10, then 100 fold, and so on. Most of the land lay barren and still.

If Hypen found anything other than a flower growing he would pull it up by the roots and throw it into the compost pile.

As the land grew gray and sterile, Hypen wasted away also. The loop on the top of his head drooped, like a deflated tire. His desire to make his chunk of land a happier place with flowers had died. He spent his last days worrying and hovering over the last few flowers that struggled desperately to grow to maturity in the dust. He could not afford the time it took to weed the desolate fields, but only a few spindly vines grew here and there in the depleted soil anyway. When the last flower died, so did Hypen Nupen.

Willie's chunk of land flew off into space, with Willie still inside his little red-roofed house. Ottoborg never saw Willie again.

What Ottoborg did not know (which this wall does) was that Willie's chunk of land drifted into the most dangerous part of space. You see, there were these nasty creatures called Victoids that flew about looking for food. Victoids had a giant nasty mouth full of giant nasty fangs and of course the hair that they were covered with was nasty.

Anyway, four Victoids stumbled upon poor Willie Trombone who was alone just floating through space for quite some time. Willie, being the friendly type, held out a friendly hand and beckoned them, "Hey, hairy friends!"

The Victoids screamed with glee when they saw Willie's yellow supple flesh. They figured that he was not a fool and that they would have to trick him before they could eat him. They were wrong, for Willie Trombone was a fool above all other fools and all of the time that they spent trying to trick him only gave the drifting giant Big Robot Bil enough time to arrive. Bil reached out with his mighty three arms and grabbed the floating chunk of land and hoisted himself up. Bil grew horrified as he saw his creator's son about to be devoured by vicious Victoids.

That evening Willie Trombone dined on Victoids, saving their pelts to use as blankets on especially cold evenings. Willie and Bil became close friends and they enjoyed each other's company for a long time floating in space, until one day they saw something very far away... Something like a being in distress.

Aloh Al kept a journal after Ottoborg's world broke into chunks. Here is copied the only known surviving excerpt from that diary:

"My chunk of land has whooshed through a mysterious cloud of blue gas. The cloud is larger than some worlds that I have seen. I made a spur-of-the-moment decision to jump off the chunk and onto the gas. There is such a clutter of junk on the outer surface of the blue gas that it is virtually solid, yet kind of springy-sproingy.

Wow! Am I tired! I think I will lay myself down to take a snooze on the junk that clutters the surface of this blue gas for I have not slept since before Ottoborg's world fell apart.

I do not know how long I was sleeping, but I woke up because I felt something tiny and creepy crawling on my knee! I reached down and swatted it with my hand; there was just a yellow spot of goop when I brought my hand up to see what kind of bug it was. Then I heard the weirdest whiney-moany noise I have ever heard. I looked up and around and behind me, but I did not see anything. Then I looked down on the ground. I found myself surrounded by very little beings; some were laying down, I guess they must have fainted after seeing one of their own squashed by my big hand. I knew they were not bugs then because they were all staring at me, and because they were not all crawling over me, or biting me, or injecting their eggs under my skin to incubate there and hatch later.

These are very teeny-tiny beings, indeed; when I compare them to myself, the tallest is only as big as my thumb. Each tiny being has a great head in comparision to the rest of its body. In fact, the head takes up as much space as the body. The two remarkable features of the head are the size of the head compared to the little body, and its almost perfect roundness; it is like a melon on a sliver!

Each being's head has a mouth, but other than that, there is only one other facial feature: their globe-heads are devided into an upper and lower hemisphere by dark line at the equator. I perceived this dark line to be (all in one) the eyes, ears and nose of these beings, since they employed them much in their observation of myself and, with their mouths also, in communication with each other.

I was very hungry, as I had traveled on my chunk of land for forty days and forty nights, or something like that. My first thought was to eat a handful of the little beings, but they held up their hands to ward me off and wailed in high-pitched whiney shrieks.

The little beings understood that I was famished from the disgusting rumbling noises that my stomach made. Seemingly from thin air, they produced tiny, delicate green crystals in great abundance. In my hand they appeared as so many granules of green sugar, except not gritty; rather, these were gummy, and had a flavor that made me think green thoughts. As fast as I would pop a handful of the green stuff into my mouth, the little beings would bring me more. They also brought me a cup, though to them it would be a tub, of green liquid, which after I drank it, I perceived it to be wine made from the green gummy crystals. It had a very fine flavor, and it made me think rather mellow green thoughts.

As much as the "Big Heads" (my name for them) speak to me, I never comprehend a single word they say; but I must help them drink their wine.

One tiny being, who does most of the talking, seems to be in charge, since the others are always paying attention to him and they jump to action after he speaks. I suppose he is the father of these tiny beings. While he was speaking, he also did strange dances. He looked really stupid, waiving his arms about like that.

After a few weeks of the father trying to talk to me, some others of these "Big Heads" dressed in tight colorful clothing came to bother me. Some rode upon wheely-thing around and around inside the loop on my head! One had the nerve to bounce up and down on my lips; I should have just opened my mouth and swallowed him whole! The only thing I did not really mind was the three beings that did flips and somersaults on the three spikes that stick out of my chest; that was kind of fun!

Days and days of the same thing now: eating green gummy crystals, drinking green wine, watching the "Father Guy" (my name for him) flail about like he does and listening to his high pitched whining. Usually I just sit and smile at him, but when my cheeks get sore I imitate whatever he is doing. If he nods, I nod. If he shakes his head, I shake mine. I will not write in this diary unless something weird or exciting happens.

How long have I been here? It is very hard to keep track of time when nothing new happens.

Once again the "Father Guy" came out to bother me with his high pitched whining, although it seemed more fevered this time. He kept pointing off away from where we sat, then he stood up and stomped about, always pointing. It looked like a dance to me; as far as I knew it was a dance since I had never seen any of these little beings dance, so I stood up and danced. I tried to make the steps of my dance like the "Father Guy's," but he was not at all pleased with my imitation.

I was busy trying to perfect my dancing step when I was suddenly hit from all sides by food! I assumed that it was my part in this strange dance to try and catch as much of the food as I could in my mouth. I was doing pretty well, if I do say so myself. I suppose I have an advantage over the little beings, since my mouth is so much bigger than any of theirs; perhaps this is why I was chosen for this special part of the dance.

More of the "Big Heads" joined the crowd that was throwing the food at me, so that I finally could not keep up with the torrent of food. I do not mean to criticize, but many of the beings did not have very good aim. I was ducking and jumping, doing my best to get my face into place to catch the food, but a lot of it just splattered against my body! A lot more just landed on the ground, so that I stepped in a bunch of it as I moved around. And still more of the "Big Heads" came out to where we all were and they joined in the food throwing! I felt a little ridiculous since I could not possibly keep up the pace of the dance. And the little guys really showed no sign of letting up.

By now a big circle of the beings surrounded me, all of them whining and shrieking same chant, I suppose. I decided to step out of the circle, and figured I would get another chance to get this dance right sometime later. But even after I stepped out of the circle, they continued to throw the food at me! I did not even try to catch it; I really wanted to practice this dance and try to do better the next time. As I stepped further away to get out of their throwing range, they finally stopped.

They stopped their whining and shrieking chant too, and soon the "Big Heads" were cheering and clapping. I turned back to accept their applause. I think they appreciated that I tried so hard to catch all of the food, because as soon as I turned back, they started throwing more. I did not want to dance this food-catching dance any more! I turned my back to the "Big Heads" with big round heads and walked away as fast as I could.

Before I knew it, I was walking up to another group of tiny beings. These beings remained silent as I approached; no whining or shrieking or moaning.

These beings are just as tiny as the first beings I lived amongst, but they have different heads. Their heads seem to be the right size for their little bodies. Their faces are featureless except for a long, needle-like proboscis. These tiny beings seem to use this protuberance for all their communication and all their senses: sight, smell, taste, hearing, feeling. Some of these beings pointed their needle noses here and there over my body as I approached, but most kept them pointed at my feet.

Just before I stepped up in front of the "Needle Noses" (my name for them), they began clapping. By the time I actually stopped, they were cheering and whooping and jumping up and down. This went on for quite a while. Then they began to quiet down and the crowd began to split down the middle. I noticed one "Needle Nose" coming through the crowd to stand in front of me.

This "Needle Nose" seemed to have the respect of all the other "Needle Noses" because they all gave their attention to him as he stood in front of me; I could tell because all their needle-like noses where pointed at him instead of me. He must be their "Father Guy".

After looking me over for a while, the "Father Guy" started speaking at me. I did not understand anything that he said to me, but I smiled at him the entire time that he spoke to me. I kept smiling at them all after the "Father Guy" finished; I was trying to think of something to do! I decided to say something back to them.

"Well, it's really nice," I said, "for all of you to come out to greet me today. You know, I couldn't stand for any more of that food-throwing dance that the "Big Heads" do. You don't have a food throwing dance, do you? Do you guys understand me?"

I smiled some more after I finished and waited for something to happen. All the "Needle Noses" did was turn around and walk away! They kept looking over their shoulders as they left, but they did not seem to care if I followed or if I stayed where I was. I decided I might as well stay where I was. I sat down and waited to see what would happen. For days and days I sat there and nothing happened. At first the "Needle Noses" kept looking over their shoulders at me, but after a few days they seemed to forget I was there!

After a week or so of being ignored, I was hungry, so I followed some of the "Needle Noses" around as they went about their daily chores, and every so often they would look over their shoulders at me. Mostly, what they did all day was spit on the ground. It was a disgusting sight! They would form lines and walk through the fields and the spit on the ground, day after day. All the time, spitting! Day after day, no matter where I was, no matter what I observed them do, they were always spitting! I do not know why I did not notice it before.

Then I noticed all their food came from the fields they had been spitting in all this time! Food from spit! Now that they were harvesting, they had time to notice me. For the first time since I arrived in the "Needle Nose" land, they offered me food. How could I accept it after seeing them spit all the time to produce the food? I ran away, sickened to my stomach.

After what I am sure must be something like 100 years, I could not take living among any of these tiny beings any more; I was being starved by the "Needle Noses" and I did not want to go back to the "Big Heads" to have them throw more food at me during their crazy dance. I felt defeated and hung my head in dejection.

Now, since I was standing on a cloud of blue gas, as the gas swirled and spun I could often see through the gas or at least deep into the center of it. Something fuzzy, as if in the distance on the other side of the cloud, caught my eye. The shape grew larger and a little more defined as it came close.

All at once I clapped my hands and whooped for joy! I did not need a crystal clear view of the object to recognize it as the very chunk of land that had broken off of Ottoborg's world and brought me to this miserable place. At once I realized what was happening: the chunk of land was caught in a circular orbit and the blue gas must be going in a straight line that took it through two points in that circle. I cried out, 'For sure, I am the luckiest of all of Ottoborg's sons!'

Carefully, as it passed through the cloud of blue gas, I jumped off the springy surface of debris and onto my chunk of my father's world. I have not been on the chunk of land for about three minutes, long enough to make this latest entry into my journal. Gee, it's great to be back 'home' again! I hope I never..."

Here the excerpt of the diary ends abruptly. It is said that the chunk of land that Aloh Al was on suddenly smashed into a dirt clod that collided with it head-on. Both the chunk and the clod were traveling at great speeds upon impact. Nothing was ever seen of Aloh Al again.

Creeker's chunk of land was the biggest and it was full of lakes. There was actually more land covered by water than not. Creeker survived many centuries on the chunk - long enough to learn how to create and build giant replicas of spoons and butter-knives, enormous buckets filled with oversized sesame seeds, and huge loaves of bread, among other things.

Creeker used the soil of the dry land on his chunk as the material for his sculptures. Whenever he would get tired of looking at one of his colossal sculptures, he would just throw it into a lake. Each of the colossal sculptures displaced enormous amounts of water, covering up a little more try land each time one was thrown into a lake.

When he was not sculpting, Creeker would be out scrutinizing one of his previous sculptures. He was very critical of his work. He always concluded that the sculpture did not communicate the concept that was the impetus behind the work; or he saw a hair or a bug sticking out of the clay. In any case, he was always frustrated.

None of his works seemed to express his vision just the right way. He could not quite put his finger on the problem, but his general feeling was that it had to do with the size of the sculpture.

"If only it was a little bit bigger...", he would often say to himself. Then he would heave the thing into the nearest lake.

His mind was focused intently on making each new sculpture larger than the previous one, whether it be a giant replica of a Red Pod bulb of a mostly empty jar that had been sitting in the back of a valley for eight weeks. Eventually, he spent very little time examining his finished works, but with an exclamation of disgust he would throw the work into the nearest lake (which, after a while, seemed to be conveniently closer and closer) just as soon as it was done and immediately start on the next one. The replicas were by this time so large that he had to climb them to work on the upper parts.

The largest sculpture Creeker ever completed was of a baby's arm holding an apple. It was such a titanic work that he had to use spikes and ropes to get up it. When he finished, he had to rapple down the back of the arm. He backed up to get a good look at it, but could not back up very far since he was on a beach.

Again, his disgust and frustration overcame him as he said, "No, no, no. That's not it at all!" Then Creeker rushed at the base of the sculpture to push it into the water. He barely budged it, but it was top heavy since the apple at the top was enormous, so that his push was enough motion to cause the sculpture to fall over. Creeker turned to start on a new sculpture, (he had in mind a great pair of tongs digging into a bucket of sand) and he never saw the tidal wave that fell upon him.

Hondo's chunk of land ended up on the back of a giant animal that lived in a desert on an undocumented planet. Hondo seemed to like the animal enough, and he was so small that the animal did not detect his existence. There was not much that Hondo could tell about what the animal looked like. It was a colossal beast compared to Hondo.

He took many survey journeys that went on for days and days across the top of the beast to see if it looked different from other locations. As he walked, he noticed the color of the ground changed; presently he would be passing over an area that was brown, then fifteen feet or so further he would pass over an area that was yellow. The surface he walked on was hard and mostly smooth, but it was terraced into short, flat little hills all over. When he came to the edge, he was looking around and he almost fell off. He got down on his stomach to look over the edge. There was nothing between him and the ground which was very far away; if he had jumped, the fall would have broken every bone in his body.

He was on the lip of an overhang, and he reached under it to see if he could feel how far back it went, but the overhang went straight back and kept going. Then he carefully lowered his head over to look and see how far back this overhang went. He could not see it though, there was so much dark shadow he could only see about as far as his hand reached.

Hondo got up and decided to walk directly away from the edge. He grew very tired almost immediately as the surface began ascending right away. It took a day to reach the summit, so he slept there. In the morning Hondo was able to see very far from the top of the animal. The sky was all blue, and the land was all beige. He saw that the highest hilly part of this animal sloped down in all directions around from where he stood.

Ed's chunk just spun in place, forever.

0

17

дам тебе большую благодарность если красиво переведёшь!!

0

18

Мучения"

0

19

Оттоборг

Квартэр создал короля Оттоборга, который был всегда полон радости.

Оттоборг усердно изучал роботов, поэтому нет ничего необычного в том, что он создал трёх роботов - Эппи, Тогора и Била, которые помогли ему в строительстве домов для его детей. Эппи копал. Бил строил. А Тогор был мастером красок, поэтому всех талантливых художников и по сей день называют "Тогорами".

Беспечный Оттоборг создал семь мальчишек, которые должны были жить на его планете. Их имена: Хайпэн Нупэн, Петри Альфонзо, Вилли Тромбон, Эло Эл, Дэррадиус Хапсиком ( его чаще звали Крикэром), Хондо и Эд.
Детей Оттоборга можно было легко узнать по обручу на голове. После долгой прогулки они просто подвешивали себя на деревья. Однажды  Петри  надоело, что его голова вечно цепляется за что-то. Он отрезал свою голову и этот поступок стал для него роковым.

К несчастью, Оттоборг забыл соединить свою планету гравитацией, поэтому в скором времени планета разделилась на куски, а все дети Оттоборга и его роботы уплыли в открытый космос.

Отредактировано Kellow (17-02-2010 13:49:25)

0

20

Это только начало)

0

21

Kellow
переведи дальше)
плииз)

0

22

этот перевот  я розместил на  сообщесве Неверхуд(указав авторство)

0

23

гдеперевод дальше?
интересно!! http://neverhood.etomite.sk/online/img/smilies/smile.png

0

24

Да уж, переводить эту стену занятие то ещё... Там же ведь тонны текста(!). Я как вспомнишь, сколько там идти надо... Но прочитать эти истории было интересно, спасибо))

0

25

А почему дальше никто не переводит?))) Ладно, займусь сама этим делом.
 
К несчастью, Оттоборг забыл соединить свою планету гравитацией, поэтому в скором времени планета разделилась на куски, а все дети Оттоборга и его роботы уплыли в открытый космос.

Кусок Хайпена попал в хвост кометы Pyrageorge (она названа Pyrageorge, потому что уменьшается в размере после каждого вращения по своей орбите). Хвост этой кометы был полон семян, так как однажды она прошла через атмосферу планеты Берпай.

Хайпен культивировал свой кусок планеты, и он смог вырастить здесь цветы. Он любил цветы, и был счастлив, осознавая, сколь праздничным они могут сделать это место. Часто он делает венок из нескольких цветов, чтобы украсить обруч на своей голове. Если учитывать, что он единственный из братьев был с носом, кажется вполне уместным то, что кусок Хайпена Нупэна именно такой, какой он есть. Он вырастил огромное количество цветов, но после нескольких лет этого стало недостаточно, чтобы удовлетворить его растущую жажду к растениям. Его жгучим желанием было стать Королём Цветов и не иметь конкурентов в выращивании. В действительности он не знал никого, кто бы ещё выращивал цветы, но его неограниченное воображение разошлось и он стал думать, что должны быть и другие, кто возделывает и увеличивает поля цветов на тех многих планетах и мирах, мимо которых он проходил.

Из года в год работал Хайпен на почве его куска земли, чтобы попытаться заставить его производить больше и больше цветов. Он разработал удобрения и пишу для растений. Он выращивал только цветы, хотя было много других семян, которые он мог бы посадить. Если он замечал другие растения среди его цветов, он выдёргивал их из земли, проклиная и порывая их на куски, и бросал их на его компостную кучу. Это его так огорчало, что ему приходилось лечь поспать потом. Но независимо от того, сколько цветов вырастало, их не хватало для Хайпена.

Казалось, что кусок земли отчаянно пытается угодить своему одержимому мастеру, напрягая себя из года в год, чтобы произвести больше цветов, чем было в предыдущем сезоне. В течение многих веков, действительно, он превосходил сам себя: каждый год вырастало на дюжину или больше цветов. И Хайпен спрашивал: «Это всё?». Тогда количество цветов стало уменьшаться. Земля просто переработала сверх нормы и нуждалась в отдыхе. Хайпен отреагировал тем, что надавил на землю сильнее и сильнее. Чем больше он делал всё, чтобы увеличить урожай цветов, тем меньше оставалось земли, способной на их выращивание. Постепенно, в течение каждого сезона, растительность снижалась в 10 раз, потом 100 раз, и так далее. Большая часть земли лежит бесплодной и до сих пор.

Когда Хайпен находил что-то, что выросло, кроме его цветов, он тянул это из земли с корнем и бросал на верх компостной кучи.

Вместе с тем, как земля становилась серой и стерильной, пропадал и Хайпен. Петля на  его макушке опустилась не голову, как спущенная шина. Его желание сделать свой кусок земли счастливым местом цветами умерло. Свои последние дни он провёл в тревоге и дрожании над немногими оставшимися цветками, которые отчаянно боролись вырасти до зрелости в этой пыли. Он не мог позволить себе время, которое требовалось для прополки пустынных полей, поэтому лишь немногие тонкие лозы росли здесь и там на окончательно исчерпавшей себя земле. Когда умер последний цветок, за ним последовал и Хайпэн Нупэн.

Отредактировано Lura Nik (14-07-2010 12:32:44)

0

26

Lura Nik написал(а):

А почему дальше никто не переводит?))) Ладно, займусь сама этим делом.

Не знаю. Был стимул, но не хватило времени и сил. Спасибо, ты мне напомнила об этом.  http://neverhood.etomite.sk/online/img/smilies/smile.png

0

27

Kellow написал(а):

Не знаю. Был стимул, но не хватило времени и сил. Спасибо, ты мне напомнила об этом.

Продолжаем это дело вместе или как?

0

28

Кусочек планеты, на котором всё ещё был Вилли в своем красном домике, улетел в открытый космос. Оттоборг больше не увидел своего сына.
О чём Отто не знал (а эта стена знает), так это о том, что островок с Вилли залетел в самую опасную часть космоса, где обитали Виктоиды – кровожадные хищники и убийцы.
Пасти Виктоидов были наполнены огромными зубами, а их тела – покрыты косматой и грязной шерстью.
Вообщем, четыре таких Виктоида столпились вокруг Вилли, который путешествовал по космосу долгое время и чувствовал себя одиноким. Будучи очень дружелюбным парнем, Вилли протянул Виктоидам свою руку и сказал – «здравствуйте, мои волосатые друзья!»
Виктоиды завизжали от восторга, когда увидели свежую желтую плоть. Они подумали, что этот парень совсем не дурак и решили заманить его в хитроумную ловушку, чтобы уж потом съесть. Но они ошиблись, потому что Вильям был дураком из дураков, и пока они пытались приманить этого непонятливого, Большой Робот Бил уже прибыл к ним.
Бил зацепился за островок своими тремя ручищами и сел на него. Увидя, что сына его создателя пытаются сожрать какие-то там Виктоиды, Бил впал в ярость…
Этим вечером Вилли сам ужинал мясом Виктоидов, а их шкурки пустили на одеяльца.
Вилли и Бил стали настоящими друзьями и ещё долгое время были в обществе друг друга, до тех пор, пока не заметили что-то чужое вдали.
Что-то, нуждавшееся в помощи…
Эло Эл завёл себе дневник, когда мир Оттоборга развалился на части. Вот единственные сохраненные страницы его дневника:
«Мой маленький островок летел над  огромным синим облаком. Пожалуй, самое огромное из всех, что я видел. Я  решил прыгнуть в это облако. Оно оказалось довольно прочным, вроде гигантской губки, но в нем было так много мусора.
Вау! Как я устал! Я думаю, что стоит прилечь на это облако. Я не смыкал глаз после той катастрофы  на моей планете.
Не знаю, сколько я проспал, но меня разбудило чувство того, что что-то маленькое залезает на моё колено! Я прихлопнул эту тварь. На моей ладоне оказалась какая-то желтоватая грязь. Тогда я услышал такой мерзкий писк, какой раньше и не слышал. Я оглянулся вокруг, но ничегошеньки не увидел. Но тут я посмотрел на землю и увидел тысячи крошечных существ, окруживших меня. Думаю, что они увидели, как я раздавил их собрата, потому что некоторые из них лежали в обмораке. Я решил, что эти малютки все-таки не были жуками, ведь они просто стояли и смотрели на меня, а вовсе не пытались меня покусать, или запрыгнуть на мое тело, или всадить свои личинки под мою кожу.
Действительно, они были такими крошками; самый высокий из них был ростом с мой большой палец. У каждого из них была слишком большая голова для такого маленького тельца. И их головы были абсолютно круглыми.
У каждой крохи был рот, но более интересной была  горизонтальная черная линия, делившая голову на две части. Я счёл, что в этой линии были и нос, и глаза, и уши этих существ.
Я был очень голоден, ведь я путешествовал сорок дней и сорок ночей, или что-то в этом роде.  Сперва я решил съесть немного этих существ, но когда я взял их в руку, они завизжали и заплакали…и я передумал.
Добрые крошки поняли, что я очень голоден, они притащили какие-то зеленые кристаллики в большом кол-ве.
По виду эти кристаллики были похожи на сахар, а по вкусу, как жевательные конфетки.
Малютки принесли мне чашечку и наполнили её какой-то густоватой жидкостью и дали мне выпить. Мне показалось, что это их вино (наверное, из тех же кристаллов). После него мысли мои стали приятными и спокойными.
Сколько бы «Большие Головы» не пытались со мною говорить, я не понимал их слов, но я просто обязан  был помочь им в питье их вина.
(доканчиваю стену. Перепечатываю с рукописного варианта)

0

29

Среди этих малюток была та, которая говорила больше всего и её слушали со вниманием. Видимо, это их отец. После его речей они пускались в какой-то непонятный пляс. Их отец тоже пританцовывал, выделывая странные движения своими ручонками. Это выглядело так тупо.
Я не понимал здешний язык, поэтому их отец тщетно пытался заговорить со мной.
После нескольких недель моей жизни в этом месте, «Большие головы» начали всячески докучать мне. Некоторые из них приходили ко мне в цветастых одеждах, чтобы попрыгать по моему телу, или покататься по моей обручеобразной голове. Одному нравилось сидеть у меня на губах; я запросто мог бы проглотить его! Единственное, против чего я не возражал, это  акробатические номера трех малюток на моих шипах. За этим было даже забавно наблюдать.
День за днем я делал одно и то же: ел зеленые кристаллики, пил зеленое вино, наблюдал за «Папочкой» (так я назвал отца этих малюток), за его действиями и визгливыми речами.

0

30

Kellow
ты умница!!!

0


Вы здесь » Всё о игре Неверхуд(The Neverhood) » Полезное » Текст Стены)) (пока нет Оттоборга) перевод © Klayly